Полковой разведчик Василий Иванович СМИРНОВ

Над моим обеденным столом висит фоторамка с фотографиями близких и родных мне людей, ушедших из этой жизни. Среди них мои родители — Смирнов Василий Иванович и Нина Николаевна.

Отец ушёл из жизни рано, в 55 лет, был инвалидом Великой Отечественной войны. Родился он 14 января 1927 года в деревне Маломитькино Калачинского района Омской области. После окончания Б-Митинской семилетней школы работал трактористом в колхозе. А в 1943 г. семья получила извещение о смерти отца, погибшего на фронте. Он не стал ждать своего года призыва — 1944 г. — явился на призывной пункт, назвав 1926 г. своим годом рождения. Документы никто не спросил. Так он прошёл комиссию и был призван служить курсантом 17-й окружной школы снайперов СИБВО. Тогда школа эта находилась в Калачинске. Школу снайперов окончил с отличием и с присвоением воинского звания ефрейтор. В июле 1944 года у г. Бароновичи отец начал прохождение службы во фронтовой части в качестве стрелка 7-й стрелковой роты 3-го стрелкового батальона 446-го стрелкового Пинского ордена Александра Невского полка. Был командиром отделения, полковым разведчиком. Был контужен, ранен, но быстро возвращался в строй. Последний раз сходил в атаку 16 февраля 1945 года. И отвоевался — осколки мин или снарядов угодили в голову, которые и остались там до конца жизни. Долго лечился в госпиталях и в январе 1946 демобилизовался по состоянию здоровья. Награждён медалью «За победу над Германией», дома уже, в 1947 году, получил орден Славы III степени.

Возвратившись домой, работал в колхозе. В ноябре 1947 года РК ВЛКСМ направил его учиться в областную школу культпросветработников. С 1950 по 1951 год работал в Марьяновском райисполкоме заведующим отделом культуры. А с сентября 1951 года ушёл работать в школу. В этом же году женился на Альшенецкой Нине Николаевне, с которой они воспитали четверых детей. И на работе были рука об руку всю его недолгую жизнь. В 1954 году заочно окончил Омский учительский институт им. Горького. Всю оставшуюся жизнь работал учителем истории и директором школы в Марьяновском, Калачинском и Нижнеомском районах. В школах всегда занимался военно-патриотическим воспитанием. В трёх школах организовал музеи Боевой славы. Вёл большую общественную работу, избирался секретарём первичной парторганизации.

У меня хранится его комсомольский билет, красноармейская книжка и тетрадь воспоминаний фронтовых эпизодов, написанные им 40 лет назад. Вот один из эпизодов (в сокращении):

«22 сентября нам сказали: «Нужен «язык» и срочно». А впереди за лесом и рекой беспрерывно слышна стрельба. Это были беспрерывные атаки и контратаки наши и немецкие. И здесь, за лесом и в лесу не было спасения от взрывов снарядов и мин. Пошли двумя группами по 8 человек. Путь был страшен. Взрывы мин, масса осколков поражала людей даже в окопах, щелях. Шальные пули визжали, свистели целыми роями. И всё это летело, как тогда казалось мне, в меня. На берегу мы долго прислушивались, что происходит на другом берегу. Река была узка и неглубока, мы по одному перебежали на тот берег и зашли в траншеи, которые в то время были «ничейные». А потом кустарником в тыл противника… Часа в 4 утра услышали голоса. Целая немецкая рота шла с утра занимать оставленные ночью траншеи. Нам пришлось быстро менять маршрут. Километра на два левее. Вдруг услышали стук колёс тихо двигающейся телеги. Мы укрылись за деревьями по обе стороны дороги и стали ждать. Показалась телега с двумя связистами, разматывающими катушку с телефонным кабелем. Выждав момент, мы этих связистов взяли без шума. Взяли и телефон. Возвращались с этими «языками» уже в полдень. Мы опасались, что ничейные траншеи уже заняты немцами. Разведав обратный путь, мы обнаружили, что траншеи заняты нашей стрелковой ротой. Но только мы успели перейти реку, началась страшная стрельба с трёх сторон. Разживин (командир взвода) приказал нам по одному перебежками проскочить эту «поляну смерти». Когда мы собрались в лесу, не оказалось там Скалозубова, и комвзвода приказал мне найти его. Я вернулся на эту проклятую «поляну смерти». Стрельба с трёх сторон не прекращалась, а поляна усеяна вся нашими убитыми и ранеными. Я ползал от камня к камню, от воронки к воронке и в одной из них нашёл раненого Скалозубова. Ползком, так же от камня к камню, мы выбрались к своим. …А немецких связистов после допроса в штабе полка я один отводил в тыл и сдал в штаб дивизии». 

Отец вёл обширную переписку с фронтовыми друзьями и поисковой группой из Латвийской ССР. 26 октября 1982 года он ушёл из жизни…          

Я думаю, что память о моём отце будет передаваться из поколения в поколение. Человек жив, пока о нём помнят.

Г.В. Иваненко,  р.п. Саргатское

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *