Сопричастие

SoprichastieВ районной библиотеке 16 октября состоялась творческая встреча с поэтом Василием Трифоновым, которого по праву мы называем саргатским

Василий Дмитриевич Трифонов родом из деревни Аксеново Саргатского района. Давно живет в Омске, много лет возглавлял макетную мастерскую института «Омскгражданпроект». Как он сам говорит, писать начал хоть и рано, но первая из семи выпущенных его книг увидела свет только в 2001 году. На тот момент автору исполнилось уже 49 лет.

Заочно саргатчане знакомы с Василием Трифоновым по публикациям в нашей районной газете, подборка его стихов вошла в сборник местных поэтов «Связанные любовью», выпущенный в прошлом году. Но так, воочию, встреча поэта с земляками состоялась впервые. Благодаря инициативе сотрудников Саргатской районной библиотеки. И вот Василий Трифонов в Саргатке.

В читальном зале в окружении книг и букетов алой рябины — родственники, друзья Василия Дмитриевича, местные поэты,  верные читатели библиотеки. Гость очень переживает. Ведь на экране мультимедийного проектора мелькают кадры фильма о родной деревеньке Аксеново, окруженной озерами, березовыми колками. А вот покосившаяся изба на краю деревни — родительский дом. Поросший разнотравьем луг, по которому с пацанами бегал босиком… Давно Василий Дмитриевич уехал из Аксеново, но на малую родину тянет какая-то невидимая сила…

В своем стихотворении «Моя деревня», вошедшем в последний поэтический сборник «Сопричастие», выпущенный в этом году при финансовой поддержке родного института «Омскгражданпроект», он так признается ей в любви:

…Вы когда-нибудь видали

Птицу Сирин, стерхов клин?

Фиолетовые дали?

А небес ультрамарин?

Соли пуд и лиха жменьку?

Подходите к гаражу,

Мы поедем в деревеньку,

Я вам это покажу…

И тепло вспоминает о Саргатке:

Мне без тебя порой

                                  несладко,

Истока тихая река,

Одноименная Саргатка,

Ты встала здесь на все века!

Я помню клуб твой

                                и погосты,

Неброских улочек уют;

По большаку вставали

                                          сосны,

Теперь – до неба достают…

 

Приглашенные на вечер не просто слушали стихи – сами были участниками культурной программы. Вела ее Ирина Панина, библиотекарь, двоюродная сестра поэта. Василий Дмитриевич чуть не потерял дар речи, когда библиотекарь Марина Купцова спела песню на его стихотворение «Я в России великой живу». А потом все читали его стихи. Читали так, как чувствовали их.

Наталья Васильевна Кадынина, давняя почитательница таланта Василия Трифонова и друг детства, не удержалась и заплакала, едва начав чтение. В стихах ее земляка — понятные всем чувства. Это любовь к малой родине, России, сочувствие судьбам селян, тоска по безвозвратно ушедшим годам.

— Мы с Василием выросли в одной деревне, жили напротив друг друга. Он от нас ничем не отличался, тихий и незаметный. Откуда что взялось? – рассуждает Наталья Васильевна. – Только потом, через много лет,  я узнала, что в тебе поэтический дар есть. Молодец, что не спрятал от нас свой талант, что до сих пор пишешь, радуешь нас своими прекрасными стихами.

В этот вечер Василию Дмитриевичу предстояло ответить на много вопросов. Но самый непростой, который заставил задуматься, — о муках творчества. О том, как рождаются стихи.

— У меня все начинается со слова, со строчки или образа. Записал на листке бумаги и отложил в сторону, — признается Василий Дмитриевич. –Продолжение может прийти не сразу и не вдруг. Но чтобы родилось стихотворение, надо быть готовым к этой работе духовно, нравственно, надо выстрадать его. Вбирать в себя, впитывать все увиденное, услышанное, уметь сострадать и сопереживать. Есть такие прекрасные строчки поэта Анатолия Жигулина, которые послужили эпиграфом к сборнику моих стихов «Кальдера памяти», выпущенному год назад: «Поэзия – она живет, как мы. Она не может без любви и солнца!».

В книге «Кальдера памяти» особняком стоит поэма «Кулай» — о сталинских репрессиях, о страшной судьбе одной раскулаченной сибирской семьи и о трагедии целого поколения, сгинувшего от холода и голода в лагерях. Эта тема очень близка Василию Дмитриевичу – и его семью не обошло стороной это горе.

Не могут не тревожить его и события на Украине. В сборнике «Сопричастие» украинская тематика — сквозная, ей посвящен целый цикл стихотворений. Мне очень нравится «Крым вернулся», название говорит само за себя. Не надо читать все стихотворение, чтобы уловить его суть, прочувствовать настроение автора:

…Бог, послав испытанье,

Дал в придачу  Мессию!

После долгих скитаний

Крым вернулся в Россию!!!

Встреча затянулась. Все никак не хотели отпускать поэта саргатчане. Обменивались впечатлениями, благодарили.  Просили почитать самое сокровенное — посвященное супруге Тамаре, с которой душа в душу живут они много лет, вместе работали, вырастили двоих сыновей. По старому русскому обычаю гостя потчевали перед дорожкой, и опять полились разговоры.

Василий Дмитриевич был растроган таким теплым приемом. Убеждена — душевная теплота, что пролилась в этот день на поэта, обязательно сподвигнет его взяться за перо. Снова и снова.

Из сборника «Сопричастие», 2015 г.Саргатское, Саргатка…

Бегут бегом года.

Ты для меня загадкой

Осталась навсегда.

Я без тебя смогу ли?

То – ямина, то – ров.

Потрескивают угли

Неторопливых строф.

Нас манит синекура*,

Горит в глазах азарт;

Саргатская культура –

Пять тысяч лет назад…

Над голой ширью луга,

Где осень лёд куёт,

Вприсядку пляшет вьюга

И песенку поёт.

В снегу отца оградка,

На кладбище покой.

Стоит моя Саргатка

За тихою рекой…

 

*Хорошо оплачиваемая должность, не требующая большого труда.

 

Бремя осени

Жизнь – одно мгновенье,

Действуй, не тяни:

Наступило время –

Бремя осени!

Точно, не от скуки

Вестники садов –

Ветви тянут руки,

Полные плодов.

Домик, сад, оконце…

Непогоды вой.

Опадает солнце

Жёлтою листвой.

Свет от печки – броско,

Стынут в ночь сады.

Думаете, просто

Отдавать плоды?

Жертвенно, так мне бы!

Зряшно рыскаю…

Приподнялся в небо

Месяц глызкою.

Осень, всё законно!

С перебором аж:

На стекле оконном

Куржака кураж…

***

Ну где мне взять

                           судьбу такую?!

Нет, на свою я не в обиде:

Я испытал, когда ликуют

И тихо-тихо ненавидят!

Небес задернуты гардины…

И с болью в сердце, я не скрою,

Смотрю, как здешние рябины

Кровят листвы венозной

                                            кровью.

Торчат домов печные трубы.

А где дома?! Ответь…

Издревле —

Жильцов естественная убыль

Так не естественна деревне…

 

Наталья ЛОПАРЕВА, фото автора

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *