Анатолий Темерев: «Сибирское поле — судьба моя»

Для меня Анатолий Кузьмич Темерев, агроном СПК «Шанс», который в феврале отпраздновал свой шестидесятилетний юбилей, — символ преданности  избранному делу. 41 год назад он взвалил на себя этот крест, поступив на агрономический факультет Омского сельхозинститута.  Впрочем, когда ты молод, не думаешь о том, насколько тяжела твоя ноша. Кажется, что время не властно над Анатолием Кузьмичем. Тот же темно-русый зачес волос, не тронутый сединой, тот же пристальный взгляд. И глядит он — будто видит в тебе то, что ты сам в себе не видишь.  Та же ровная доброжелательность  и мудрая неспешность, рассудительность и скупость на слова.  Всегда поражает: как ни поджимают сроки жатвы или уборочной — он ровен и спокоен. Это такая духовная крепость, твердыня. Человек, у которого в трудную минуту можно подзанять сил и уверенности. Его аналитическому складу ума, наблюдательности мог бы позавидовать любой ученый. 

— Анатолий Кузьмич,  чем был обусловлен твой выбор профессии?

— Я ж ботаник, в том смысле, что в школе  мне нравилась ботаника, жизнь растений,  биология. К чему душа тянется, туда и надо идти – в сельхозинститут, на агрономический. Еще на историю, литературу западал, а вот математика, физика не давались. Инженерные специальности – точно не для меня. В армии во время стрельбы из гаубицы надо было вычислить траекторию выстрела  с применением тригонометрических функций — синусов-косинусов всяких там. Я так вычислил, что мой снаряд вообще улетел с полигона…

 — Но ведь агроному тоже надо уметь делать какие-то расчеты, к примеру, сколько килограммов зерна  на гектар положить, или же рассчитать дозу минеральных удобрений.

— Так для этого не математика нужна — достаточно арифметики.

Конечно, на выбор повлияли и родители.  Я ведь родился в Аксеново, в крестьянской семье. Папа Кузьма Иванович — аксеновский родчий, тракторист, бригадир тракторной бригады, а потом и управляющий Аксеновским отделением колхоза имени Ленина (кто забыл, его центральная усадьба  — село Увальная Бития). С пяти лет отец брал меня в поле. Посадит рядышком на сиденье трактора МТЗ-5 без кабины. Это же  счастье! Сморит меня сон — папа потихонечку возьмет на руки, положит  на копешку соломы. Как проснусь, опять рядом усадит… А уж если порулить даст — это вообще радость до небес… Мама Наталья Алексеевна (она из Баженова, в девичестве Васильева) была поварихой в тракторной бригаде — потому и заслужила медаль «За освоение целинных земель», а потом на ферме, телят поила, работала в родильном отделении.

— Никогда не видел тебя на работе разгоряченным, вышедшим из себя — всегда невозмутим и спокоен. Что в твоем характере унаследовано от родителей, а что выработано тобою?

— О, ты не видел меня в молодости! И горячился, и пыль до небес поднимал, и слюною брызгал… В трудовом коллективе ведь столько людей, и каждый со своим характером и представлениями о том, как правильно выполнить работу. Поэтому кого-то надо убедить, кого-то переломить — ну, в общем, притереться надо друг к другу. А со временем излишняя горячность, торопливость уходят. Спокойствие тоже может быть убедительным. А родители мои —  великие труженики были и не могли сидеть сложа руки. И труд в колхозе не из легких, и дома скотины, птицы полон двор, и огород большой. И  я с детства уже пахал… Домашние коровы меня так достали, что я до сих пор на них спокойно глядеть не могу. Ведь должно быть как: корова существует ради человека, а на деле получается: человек существует для коровы. Поэтому я еще в детстве решил: когда стану самостоятельным —  никаких коров… 

 — Через сколько лет молодой специалист может сказать о себе, что он  состоявшийся агроном?

— Если человек говорит о себе, что он все знает, — это не агроном.  Мне нравится, как Вячеслав Кутышев из ООО «Агро-Сервис» выражается… Когда его называют агрономом, он поправляет: «Я — не агроном, я только учусь». Хотя ему уже под пятьдесят лет. Действительно, всю жизнь приходится учиться. Нет ни одного года, похожего один на другой, все поля тоже разные – до такой степени, что на одном поле может быть восемь типов почвы, от черноземной до болотно-луговой… Появляются все время новые сорта зерновых культур, новые средства защиты растений, борьбы с их заболеваниями – и надо быть  в курсе новинок.

— В какой мере урожай зависит от погоды, а в какой от агронома?

— Самый хороший агроном бессилен, если два месяца после посевов нет дождей… Но в подробных моих записях, которые я веду два десятка лет, есть периоды, когда и дожди вроде вовремя ложились, а урожай был так себе… Есть еще множество факторов, которые влияют на урожай. Например, обеспеченность механизаторскими кадрами, надежность техники и сельхозорудий (или вообще их наличие), качество семенного материала, наличие запаса горючего, возможность внесения минеральных удобрений. А если нет ни того, ни другого, ни третьего?!

— Как бы ни складывались дела на поле, в хозяйстве,  от тебя не услышишь упреков или жестких оценок в адрес власти, от которой сельское хозяйство не получает должной государственной поддержки. И это ведь не боязнь — дальше поля все равно не пошлют. А какая-то другая позиция. Какая?

— За эти годы  со всяких трибун — а сейчас и на сайтах —  наговорено  столько всего, столько критических стрел выпущено в адрес Правительства, Думы, Президента, что, если бы всю эту выпущенную энергию сложить, – можно было бы наш Иртыш вспять повернуть… Однако ж все, как шло своим чередом,  так и идет… Поэтому что воздух зря сотрясать?! По-настоящему я могу спрашивать только с себя и оценивать свою работу. И быть недовольным только своими действиями: когда что-то не додумал, что-то не доделал. Так  говорили в древности: делай, что должен, и свершится, что суждено…

— Женам агрономов не дают наград, а надо бы, но ведь большую часть жизни агроном  уходит из дома рано-разрано и возвращается, когда смеркается. А дома ничего не делается, не строится, не ремонтируется — не каждая супруга выдержит такое…

— Моя Галина Алексеевна выдержала. Просто с годами пришло мудрое смирение  с такою женскою участью, с  такою судьбою. К тому же мы часто оба рано уходим на работу (она более 30 лет работает в кулинарии кондитером-пекарем). И бывает, подходим к дому после 11 часов вечера. Только с разных сторон.  

— Сколько записей в твоей трудовой книжке?

— Записей несколько. Но по сути дела, я работал только в двух местах. Сразу после института, с августа 1982 года, — в колхозе имени Ленина. И вот ведь как бывает — не прижился в родном хозяйстве. Потом перешел в саргатский колхоз «Сибиряк». Остальные записи появлялись по мере реформирования этого хозяйства… Поэтому записи выглядят так: уволен из колхоза «Сибиряк» — принят в ТОО «Сибиряк». А дальше превращение в КФХ Шанс-Агро» и наконец — в СПК «Шанс».

— Средняя урожайность ваших зерновых полей, средняя урожайность по Саргатском району невысокая: 13-15 центнеров с гектара. Что не достает в нашей работе?

— Соблюдения агротехнологий. Мы не отдаем земле то, что ей положено. Год за годом, не вкладывая в нее, черпаем и черпаем. С чего же быть урожаю? Если землю паруем, обработаем ее два раза за лето, но ведь это не пар — одно название… Как показывает пример главы фермерского хозяйства «Великорусское» Владимира Федоровича Луговика, если вдумчиво, в сроки все положенные агротехнические приемы использовать и минеральные удобрения, то и наша земля способна дать более 40 центнеров с гектара. Но у нас иные финансовые возможности, не хватает техники, механизаторов, горючего… Кстати, в «Шансе»  в последнее десятилетие наибольший урожай был получен в 2012 году, когда с осени было поднято большое количество ранней зяби и пары содержались чистыми. Урожайность тогда была более 20 центнеров с гектара.

— Минеральные удобрения для многих хозяйств не по карману, но в животноводческих хозяйствах, таких как «Шанс», есть органика — навоз, попросту говоря. Почему не используется это богатство?

— Для того, чтобы воспользоваться органическими удобрениями, нужна специальная техника. Что мы можем? Затратив огромные средства, вывезти их в поля. Чтобы получить эффект от их использования, нужно  равномерно внести в почву. Это ведь не сделаешь тракторной лопатой. Нужны измельчители-разбрасыватели.  Без специальной  государственной программы,  которая субсидировала бы часть оплаты за такую технику, не обойтись. Пока господдержка сельского хозяйства очень мала и не соответствует нашим трудозатратам.

 — Кем бы ты смог еще работать?

— Я больше ничего не умею.

Олег ШИПИЦЫН, фото автора

Оставить комментарий

Ващ e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *