Картошка и животноводство

Верблюженский фермер Константин Сажин, возделывающий картофель, в прошлом году занялся животноводством. Второй хлеб помогает его развитию.

Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь… На информационном табло

у хоккейной коробки листок с фамилиями бомбардиров районного турнира. Среди снайперов  — Константин Сажин из Верблюжья. Я давно хотел встретиться с  ним — но не как с хоккеистом (про эту сторону его дарования ничего не знал). Он участвовал в прошлом году в областном конкурсе на получение гранта —  безвозмездной государственной помощи 

в несколько миллионов рублей, и остановился в шаге от  его получения. Земля, выделенная

в аренду Константину для  ведения крестьянско-фермерского хозяйства, на момент защиты в Минсельхозе  Омской области бизнес-проекта оказалась не оформленной, как подобает. Такой малости и не хватило молодому селянину, чтобы получить необходимые средства для развития молочного животноводства. Непонятно было,  как складывается его безгрантовая жизнь, отказался ли он от своей задумки, готовится ли к новому конкурсу, насколько это остановило развитие хозяйства. Вот мы и свиделись на хоккее.

Спокойные и чуть насмешливые глаза уверенного в себе  молодого человека смотрели на меня.

 — Продолжаю заниматься картофелем, овощами и животноводством — откормом крупного рогатого скота. Нынче вот к зиме построил новую ферму, — Константин развеял все сомнения насчет существования хозяйства.

— Без гранта?

— Без гранта, — улыбнулся Константин. — Приезжайте и все своими глазами увидите.

На том и порешили.

На Севере хорошо

Он окончил Сибирскую автодорожную академию — омский СибАДИ,  устроился мастером  в большую строительную компанию на Севере,  участвовал в реконструкции Центра зимних видов спорта к Чемпионату мира  по биатлону 2011 года в Ханты-Мансийске, в строительстве главного культурно-исторического «Археопарка» (там же), где в натуральную величину стоят скульптуры мамонтов и других древних животных.  Деловая хватка, умение вникать в широкое поле вопросов,  держать их на контроле отличали молодого специалиста — и он быстро пошел в карьерный рост, вырос до главного инженера. Заработная плата  — многие позавидовали бы. Однако вахта  стала тяготить его, хотелось больше времени находиться с семьей, чаще бывать  у родителей в Верблюжье. Предложили жить и работать в Ханты-Мансийске постоянно, готовы были предоставить квартиру с возможностью ее приватизации. Современный город-мечта, деловая и культурная столица Югры. Но не захотел Константин покидать родную вотчину — уволился. Небольшие сбережения позволили открыть в Омске мясную лавку, да не одну. Но и это было не то. Слишком уж суетливо как-то…

А дома лучше

Хотелось более спокойной жизни, в которой бы все зависело от тебя. Возникло желание заняться картофелем (было это четыре года тому назад). Приобрел технику в кредит. Так появились сельхозорудия, картофелесажалка,  комбайн. На выделенном в собственность участке земли возле села было  разобранное овощехранилище. Восстановил бетонное перекрытие, утеплил, наладил вентиляцию. Начал с трех гектаров,  потом было 10, теперь садит второй хлеб на  25 гектарах.

А заняться животноводством подтолкнула картофельная мелочь. Битый, резаный, мелкий картофель  после переборки остается — жалко стало добро выбрасывать. Выход виделся такой: завести крупный рогатый скот, который, как и человек, обожает картошку.

…Разыскать Константина Сажина в селе проще пареной репы. Первый же встречный показал, где он обитает. Это дом его отца, Александра Михайловича.

Подходя к усадьбе, в глубине двора увидел небольшое капитальное сооружение. Ни сараем его не назовешь, ни фермой, что-то среднее. Только где ж развернуться тут со скотиной, в такой тесноте-то?

Вышедший Александр Михайлович Сажин  примерно эти же мысли  и подтвердил.

— Разведением скота  давно занимаюсь, до десяти голов КРС доходило. Но здесь не повернуться. Сын предложил построить ферму вне усадьбы — это неподалеку.

Через три минуты  я подъехал к заборчику из темно-зеленого металлопрофиля. Из-за заборчика видать на шесте  флаг Омской области: красно-белые цвета, посреди белого вьется голубая лента. Похоже, Константин к своей малой родине, действительно, неравнодушен. Ни у кого на ферме я не видел омского флага.

Осторожно открываю незапертую калитку: вдруг тут какой-нибудь волкодав-кавказец на охране хозяйского добра.

Подле большой пирамиды из цилиндров сена бродит небольшое стадо бычков-подростков. Завидев меня, они бегут навстречу, один из них наклонил голову, бодаться собирается. Другой субъект за спину заходит. Окружают. Я замираю. Навстречу выходит Константин с палкой в руках, отгоняет бычков.

— Любопытные они. А эти два — приставучие. Это Максим Карасев, наш животновод, их приучил: возьмет за рога и пытается голову повернуть. Вот они и подбегают силами меряться.

Теплая ферма

Ферма, примыкающая к овощехранилищу,  снаружи кирпичная, с массивной металлической дверью. Особенно она впечатляет внутри. Толстые стены,  в деревянных оконных рамах вместо стекол поликарбонат.  Потолок необычный, трапециевидной формы, заделанный пенопластом  — десяткой (это в сантиметрах).  Ферма, видно, очень теплая: никакого куржака сверху и водной капели, как часто бывает зимою на базах.

— Между пенопластом и внешней кровлей воздушная прослойка — получается двухслойное утепление, — в разговор вступает Максим Карасев,  продолжая  нагружать в тачку навоз. Это главный помощник Константина,  очень  башковитый и рукастый (оба, похоже, сверстники, по возрасту — немного за тридцать). В подсобке Максим  печку кирпичную сложил, из битой керамической плитки мозаичный пол выложил. Здесь  в тепле и комфорте приятно посидеть, передохнуть.

Ферма разделена  кормовым проходом на две части. В одной — беспривязно скот помладше, в другой части — бычки постарше на привязи (сейчас все на выгуле).

Мне непонятно, зачем такое капитальное сооружение. Для откорма достаточно и более скромного помещения, лишь бы скот от ветра был защищен.

— Зато здесь животные энергию расходуют не на согревание, а на рост массы, значит, корма потребляются более эффективно, — Константин со мною не согласен. — Используем сено, тыкву, картофель, морковь (некондиционной морковью поделился Паша  — это Павел Андрейцев, глава КФХ из Саргатки, возделывающий картофель и овощи).  И не надо заботиться о теплой воде — она здесь не замерзает.

Вместо гранта —  картофель

Как без гранта можно построить такое (ферма размером 30 на 10 метров), тут, наверное, миллионом рублей не обошлось?

— Очень просто,  картошка помогла, — продолжает Константин. — По условиям предоставления гранта нужно было 600 тысяч собственных средств вложить в становление КФХ. С грантом не получилось, но все равно решил строить ферму, покупать племенных телят. Урожай хоть и был меньше процентов на 30, чем в прошлом году, но стоил он нынче в четыре раза больше. В прошлом году 5 тысяч рублей давали за тонну, нынче — 20 тысяч.  Вот деньги, вырученные за картофель, и пошли на строительство фермы,  на покупку 10-ти бычков. Это не беспородный скот — это симменталы. Так что грант мне больше не нужен.  В этом году собираюсь модернизировать кормозаготовительную технику. Обязательно нужен витаминный сочный корм, чтобы бычки быстро набирали вес. Я общаюсь с фермерами  из центральной части России и у коллег присмотрел технологию заготовки сенажа. Нужен другой пресс-подборщик, способный скручивать свежескошенное в плотную массу, валковые грабли и замотчик, упаковывающий сенаж в пленку.  Это первоочередное. Рядом с этой фермой стоит остов помещения: клюшки и частично уцелевшие стены. Это задел для новой стройки: я не отказываюсь от идеи молочного животноводства. Заработаю —  построю и молочную ферму.

— Ты еще и в хоккей успеваешь поиграть…

— Я же не загружен работой ежечасно — есть и свободное время. И так приятно выйти вечером на лед, погонять шайбу. Жаль, у нас в Верблюжье  не набирается двух пятерок, поэтому иногда ездим в Нижний Иртыш играть. Как-то так…

Олег Шипицын,  фото автора

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *