Испытание сенокосом

Нынешний сенокос очень труден. Температура в июне — июле уходила за 37 градусов в тени. Тяжело и физически, и психологически: целый день в поле, а прибавка сена чутошная — не наросла трава. В крестьянско-фермерском хозяйстве Григория Петровича Мартынова из Баженова испытание сенокосом наряду с опытными механизаторами проходят совсем молодые парни — вчерашние мальчишки.

Артему Задворному — восемнадцать. Это его первый самостоятельный покос.  Артем — студент Омского строительного техникума. Трактор и прицепной инвентарь, которым не учат в техникуме, знает не по картинке, способен подготовить их к работе  или исправить возникшую поломку. Потому как с детства бывал с отцом Алексеем Николаевичем в поле на разных сельхозработах (отец токарит в МТМ хозяйства, участвует в жатве на комбайне).  «Парень ответственный, старательный», — говорит о нем глава КФХ Г.П. Мартынов. Потому и новенький пресс-подборщик доверил Артему.

На кабине его МТЗ справа и слева прилажены большие веники из ивы — чтобы хоть как-то ослабить солнцепек. Это отцовский опыт, тот так же кабину комбайна «украшал» ветками. Помогает.

Для парня сенокос — это возможность хорошо заработать. Свяжет ли он свою дальнейшую жизнь с сельским хозяйством, сказать невозможно, но такая трудовая закалка не пройдет даром. Это ступенька в обретении выносливости, терпения, мужества — словом, мужского характера.

Бедный травостой заставляет хозяйства косить там, где раньше никогда не косили, —

на неудобьях, болотах. На болоте добирает грубые корма и крестьянско-фермерское хозяйство Григория Петровича Мартынова из Баженова.

Близ свертка на Новотроицкое готовит сено звено КФХ Григория Мартынова. Я попытался проехать к ним на своей машине. Полкилометра одолел, а дальше начались кочки, гребни, ложбины. То левое колесо подпрыгнет, то правое неожиданно ухнет, то днище зацепится. Это же болото, непредсказуемая низина, правда, высохшая, ни в одном месте ни единого развода воды. Как мужики здесь косят?  Тут только ручной литовкой можно. Зато пространство обильно, до самого горизонта заставлено рулонами сена. Еще хватает несжатых травяных островов. Какой рельеф, какие препятствия прячутся в них?..

А трактора еще так же далеки, как и прежде, даже звука движков не слышно.  Не стал мучить своего «коня», бросил его, пошел пешком. Мягко пружинила под ногами торфяная подушка,  путала их осока, бужур, у которых нижняя часть темного болотного окраса.  Сено из такой травы — это не духовитое разнотравье, и коровы, скорее всего, без охоты будут поедать его, но, как гласит народная пословица, на безрыбье и рак — рыба. Это лучше, чем ничего.

— Мы все свои сенокосные угодья прошерстили, — говорил Григорий Петрович Мартынов. — Травостой бедный. На поле «Ударника» (в 30-е — 40-е годы было несколько колхозов, в том числе и «Ударник») в прошлом году накрутили 106 рулонов, нынче — 28. Почти в четыре раза меньше. За все годы моего фермерства, а это более 20 лет, это самый трудный сенокос. Но все-таки 500 тонн уже заготовили. На поголовье КФХ нужно еще чуток грубого корма (в хозяйстве 785 голов КРС и 58 лошадей). Нам еще хотя бы тонн 200 взять: работников сеном обеспечить, земляков. Не у всех баженовцев, держащих скот, есть техника для кормозаготовки.

Сибирь — зона рискованного земледелия. И потому что заморозки возвращаются у нас в мае (бывает, и в июне), и потому что рано ложится снежный покров, и потому что случается лето без дождей. Ну, что может без влаги нарасти?! Саргатские старожилы помнят, как в период жесточайших засух запаривали болотные кочки на корм скоту, скармливали солому с крыш сараев, жали камыш на озерах, а бывший колхоз имени Ленина (центральная усадьба — село Увальная Бития), чтобы спасти свое стадо, направлял бригады готовить солому из-под зерновых на Алтай, в Бурятию.

Все-таки климат меняется, становится более влажным, и нас, слава Богу, минуют испытания, которые выпадали нашим дедам и отцам. Нынешнее лето не столь беспощадно к людям и скотине, как прежде. Естественно, с 2018 -2019 годами тоже не сравнить, когда травы стояли в пояс: коси — не хочу.

…Вот наконец-то я добрался до сенокосного звена. Один трактор с граблями-ворошилками сгребает сено в валки, два других скручивают в рулоны скошенное. Первым остановил МТЗ с пресс-подборщиком Евгений Куравин. Рулон сена застрял и не хочет выкатываться. Женя чуток снизу поколдовал,  и тот вскоре покинул чрево техники.

У нас есть короткий перерыв, чтобы обмолвиться об особенностях нынешнего покоса.

— Женя, а где ваши сенокоски?

— В мастерской на ремонте. Здесь черт ногу сломит, а не то что сенокоски…

— Вы раньше здесь косили?

— Первый раз на болоте добываем сено. Больше негде — все остальное смахнули. Мы ведь почти сразу после посевной вошли в сенокос. Чего было выжидать? Что наросло, то наросло.

— Сейчас зарядят дожди, можно ведь второй укос с нормальных полей взять?

Женя качает головой:

— Вряд ли. Вот-вот за сенаж возьмемся. Потом жатва подоспеет. Нам не разорваться. Еще и солому заготовим, тоже в кормовой рацион пойдет.

Олег Новиков остановил старенький МТЗ: вода в двигателе близка к закипанию. Надо дать ему поработать без нагрузки. Олег учится в Саргатском индустриально-педагогическом колледже на тракториста. Живое дело — это лучшая практика. Весною боронил поля, сейчас — полноценный участник сенокоса. Олег — крестьянская косточка: его родители — мать Любовь Николаевна и отец Валерий Григорьевич — работают в животноводстве КФХ.

В это же самое время другая бригада готовила сено под Николаевкой. Оттуда рулоны сразу вывозили к животноводческим фермам.

С такой организацией труда, как бы ни был скуден травостой, сеном и хозяйство будет обеспечено, и его работники, и на продажу, возможно, останется.

Олег Шипицын, фото автора

На снимках: Артем Задворный, Евгений Куравин и Олег Новиков.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *