Про лошадей и людей
Скачки, прошедшие в Саргатском 10 марта, приоткрыли окно в мир удивительных
созданий природы — лошадей и их не менее удивительных хозяев.
К они — это тот случай, когда фотографическая техника бессильна передать то, что видят глаза. Как запечатлеть мощь, дикую силу, грацию, боязливость, нетерпение, горячность?.. Вот у молодой березы привязан Бенефис из Алексеевки Любинского района — мощногрудый, тонконогий вороной красавец. Только что он прошел несколько тренировочных кругов перед основным забегом. В нетерпении бьет по мерзлой земле копытом так, что ямка под передними ногами образовалась. Или же бьет в дерево могучей грудью так, что береза звенит и гнется. Сила, заключенная в телесной оболочке, перевитой мускулами, рвется наружу.
— Вроде для себя, для души заводим лошадей, но как такую красу по сараям прятать?! Приехали в Саргатку на скачки себя показать, на других посмотреть, поучиться, пообщаться, — улыбается владелец Бенефиса Владимир Дранлев.
…Каждое утро по улице Маршала Жукова в Саргатке проезжает Виктор Бабушкин на вороном Купце. Каждый раз бросаешься к окну посмотреть на эту картинку. Потомок орловских рысаков высок и строен, гордо держит голову. Ритмично цокают копыта. Прямая пружинистая посадка выдает опытного наездника. Как же это красиво! И на это очаровательное создание природы, отшлифованное временем, человеческой любовью, хочется любоваться вновь и вновь. Между прочим, Купцу 13 лет и для скачек он уже староват, ему не хватает скорости на финишной прямой, но на этот раз Купец именно на финише превзошел себя и соперников. Виктор Алексеевич был счастлив!
Селяне, хозяева резвых скакунов, которые привезли в Саргатку на конные скачки своих воспитанников, — люди небогатые. А взрослый чистокровный скакун с родословной стоит как хороший автомобиль. Но жеребенок-то доступен, хоть в цене тоже кусается. Выпестуешь, обучишь, объездишь и получишь верного друга. Друг — это ведь не роскошь…
Эпиграф, рысак из Тюкалинска, — перед забегом зачехленный. На нем не просто драп-дерюга, а специально сшитый чехол — именно под эту лошадь. А под ним еще один — менее плотный…
— Есть еще и третья, специальная, накидка, — поясняет Денис Дерябин. — Это чтобы венки, по которым пока не пульсирует кровь, разогрелись, чтобы вся кровеносная система заработала.
— Почему у него такое странное имя? Эпиграф — термин из литературы.
— Имя его матери — Эскадра, отец — Престиж. Имя дается по первой букве материнского имени, — объясняет Денис.
У Будапешта и Мига, скакунов из Бекишево Тюкалинского района, грива прибрана в модную сеточку. Александр Свиридов перед тем, как поехать на Масленицу в Саргатское, три часа «колдовал» над их прическами. Приедет домой — надо будет расплетать эту красоту.
— И зачем это надо?
— Чудак-человек… Чтобы подчеркнуть красоту, чтобы люди любовались и радовались, — Александру, видимо, ничуть не жалко потраченного времени (если бы было голосование среди зрителей, оценивающих красоту лошадей, наверняка приз зрительских симпатий заработал бы Миг, серый в яблоках).
Издалека добирались в Саргатку участники забегов. Самые дальние — из шербакульского аула Шахат, за две сотни километров. Приехали явно за победой. Их Бремен, чистокровный английский рысак, — в Омской области один из самых резвых. Неблизкий путь проделали и саргатчане — житель Александровки Борис Пахомов с Диогеном и Михаил Суслов из Казырлов с Лунком. Материальные и временные затраты никого из них не остановили.
— У меня крестьянский конь, рабочий, ну и что с того… Он тоже резво прошел всю гонку, не сорвал рысь. Молодец! — радовался М.И. Суслов, еще в раннем детстве запавший на лошадей и пронесший любовь к ним через всю жизнь.
Вот так и все участники скачек, и пожилые, и молодые, влюблены в своих скакунов. И не представляют жизни без них. Людей и лошадей объединяет любовь. Видимо, взаимная.
Олег ШИПИЦЫН,
фото автора