История рождения любви

Istoriya-rojdeniyaЧто такое любовь и как она зарождается — тайна великая есть. Статья, которая публикуется ниже, этой тайны не раскрывает. Зато она рассказывает о том, как чувству, если оно большое и искреннее, сопутствуют даже неблагоприятные обстоятельства.

Во взрослую жизнь — без романтики

1968 год. Саргатское педагогическое училище. Преподаватель методики физического воспитания Валентина Тарасова заглянула в раздевалку, услышав всхлипы. У вешалок с одеждой стояли неразлучные подруги-второкурсницы Вера Чернова и Женя Шмидт. Первая плакала, вторая, как могла, ее утешала.

— Что случилось? — спросила Валентина Ивановна.

— Виктор Решко бросает училище, — сообщила Женя.

— А при чем тут Чернова?

— Так она его любит, — тут же выдала подруга секрет, который обещала хранить до самой смерти.

— Стойте здесь и никуда не уходите, — приказала преподавательница.

Сложно  сказать, какие ассоциации вызвал вид плачущей Веры у преподавательницы. То ли сама когда-то любила, а ответная любовь прошла стороной, то ли просто пожалела молоденькую хрупкую девчушку. Как бы там ни было, она решила вмешаться в отношения, которые всегда признаются исключительно делом двоих. Она пошла искать Виктора, чтобы открыть тому глаза на его собственное счастье.

А 27-летний Виктор находился в настроении, которое проще всего выразить четырьмя словами: «Пропади оно все пропадом». Подал заявление на отчисление, собирал подписи на обходной лист. Поводом стала мелочь: преподаватель гимнастики во время занятий накричал. Но это для однокурсников Виктора, 16-18-летних мальчишек и девчонок, повышенный голос преподавателя — мелочь, а для него, практически мужика, — оскорбление. Хотя причина, конечно же, лежала глубже.

Он все в своей жизни пытался делать как можно лучше. Если ситуация требовала поступка, то всегда сначала думал, а потом поступал. Он имел право на самоуважение. Многое из того, что другие от судьбы получали как должное, ему приходилось добиваться с большим трудом и потом. Так жизнь складывалась. С самого рождения.

Виктор был младшим ребенком в семье из шестерых детей. Родился в  Шербакульском районе в сентябре 1941 года. А за месяц до его рождения почтальон принес матери извещение о том, что ее муж, Андрей Андреевич Решко, пропал без вести. Это очень важно для тех лет. Семья, чей кормилец пропадал без вести, ни льгот, ни помощи от государства не получала. На руках Анастасии Калиновны осталось шесть, как говорили тогда, ртов. После окончания восьмого класса Виктор для продолжения образования выбрал ремесленное училище речников № 7. Выбрал не потому, что болел романистикой, мечтал бороздить реки Сибири. На его выбор повлияли вещи простые и обыденные. Обмундирование с кормежкой за счет государства плюс общежитие. Матери облегчение.

После окончания училища три года отплавал по Иртышу на грузовых пароходах. Перед армией схитрил. Попросил в заявлении на имя директора  судоремонтного завода: «Перед призывом на действительную службу направить на теплоход «Римский-Корсаков». «Римский-Корсаков» — плавучий Дом отдыха. Захотелось посмотреть красивую жизнь. Директор нужное направление дал. Правда, потребовалось, чтобы новый член команды умел исполнять хотя бы один концертный номер. Виктор научился бить чечётку. А еще он имел разряд по прыжковой акробатике. Все на судовых представлениях сгодилось. Не станем скрывать, красивую жизнь он не только посмотрел, но кое-что из нее и попробовал.

В ноябре 1962-го его призвали в армию. Отправили в морфлот. На Тихий океан. Начало шестидесятых. Срочная служба на флоте длилась четыре года. Сначала походил на противолодочном корабле, потом — на эсминце. Насмотрелся на американские корабли. Советские дальневосточные эсминцы ходили впритирку с авианосной группой 6-го флота США, состоящей из авианосца, двух подлодок и шести судов сопровождения. Время напряженное — холодная война. Над СССР и Америкой властвовало желание не показывать страха перед мощью потенциального противника. Едва 6-ой флот подходил к нашей морской границе, навстречу ему в нейтральные воды отправлялись эсминцы и торпедные катера. Действуя на грани фола, советские суда норовили подойти максимально близко к авианосцу. Американские корабли сопровождения прикрывали своими корпусами главный корабль в группе. Суда дефилировали на расстоянии 100-150 метров друг от друга. Случайный выстрел мог спровоцировать вооруженный конфликт. Как-то команду эсминца Виктора 26 раз за сутки поднимали по военной тревоге.

За четыре года Виктор дослужился до звания главного старшины, в подчинении имел 35 челок. Служба была и остается самым ярким пятном в его биографии. Она много ему дала, в том числе и умение не поступаться чувством собственного достоинства.

После демобилизации устроился слесарем-чистильщиком в цех латексов на заводе СК (СК — синтетический каучук). Платили хорошо, но работа физически тяжелая, и трудиться приходилось в противогазах. Тогда он понял, как важно иметь хорошее образование. И тут, словно по заказу, на глаза попалась газета с объявлением о приеме на физкультурное отделение Саргатского педучилища.

Вступительные сдал легко. Учеба трудной тоже не казалась. В группе из 16 парней и шести девушек выделялся рассудительностью. Многим из них, тех, что поступили после восьмого класса, исполнилось всего по 15-16, а ему уже 26. Девчонки засматривались, это льстило, но ведь совсем молоденькие.

С Верой Черновой, с той, что будет плакать по нему в раздевалке, Виктора судьба свела по артистической линии. Бригада художественной самодеятельности училища со своей концертной программой часто выезжала в села района. Виктор и Вера выступали в паре с акробатическими номерами. Она — самая худенькая и легкая в группе. Идеальный партнер для выполнения рисковых элементов. Он легко подбрасывал ее в воздух, столь же легко ловил.  О чувствах девушки к себе, как утверждает сегодняшний 74-летний Виктор Андреевич Решко, не ведал. А сам как к ней относился? А как относился — слишком юна для него. Разница в возрасте 10 лет.

На второй год обучения на сберкнижке Виктора закончились деньги, которые он откладывал, будучи рабочим СК. Стипендия в 16 рублей даже при советских ценах шансов на выживание не давала. Тут все и сбежалось в кучу: стресс от безденежья, обида на преподавателя. «Ухожу», — решил он.  Знакомые из Омска подыскали для него место тренера в городе.

На пути к очередному кабинету за визой для «обходного» его и выловила Валентина Ивановна.

—  Решил уйти?

— Да. В Омске пока поработаю.

— И останешься без диплома? На всю жизнь? Пойдем, покажу тебе что-то.

Они подошли к раздевалке, преподавательница открыла дверь:

— Видишь, Чернова в слезах? Из-за тебя. Поверь мне, Виктор, она — твоя судьба.

— И тогда, — признается сегодняшний Виктор Андреевич, — у меня в голове мелькнула мысль: «Почему бы и нет».

Но Валентине Ивановне в ответ заявил:

— У меня уже половина «обходного» подписана.

— Я сама тебе все подписи соберу, если у вас с Черновой не сложится.

На том и порешили. Виктор забрал свое заявление об отчислении из училища по собственному желанию.

Любовь побеждает все

И тут будто прорвало плотину, унося все проблемы. Поскольку преподавателей в училище не хватало, а Виктора студенты уважали, то его вскоре перевели в преподаватели по совмещению. Вел предмет «гимнастику», а в свободное от работы время занимался вместе с одногруппниками математикой, историей, анатомией. К стипендии прибавилось полставки, в сумме получилось около 60 рублей. Ему, как преподавателю, выделили комнатку. Небольшую, полтора метра на три, но отдельную. Жить стало проще. Экстерном сдал экзамены и перевелся на следующий, третий, последний курс.

На новогоднем вечере набрался смелости пригласить на вальс Веру.

— Я стою в зеленом, самом красивом своем платье у стены с плакатами, — вспоминает Вера Николаевна Решко. — Один парень подходит, приглашает на танец, другой, я вежливо отказываюсь: «Не хочется что-то. Устала». А сама жду, когда подойдёт Виктор. Наконец, подошел. Один танец, второй, третий. Проводил. Поженились мы в июне. Через полтора года. Сразу, как мне восемнадцать исполнилось. И училище в том же году закончила.

На следующий день после регистрации молодожёны разъехались: он отправился на военные  сборы, а она — в Большереченский район к своим родителям: косить сено, ухаживать за скотиной, полоть огород.

Встретились через два месяца. Жили в общежитии. Первая мебель — пружинная железная кровать, медицинский металлический шкаф, письменный стол и табурет — принадлежала училищу. Одежду хранили в ящиках из-под сигарет, которые выпрашивали в магазинах. От выделенной им через полгода квартиры отказались в пользу соседей по общежитию. У тех уже ребенок рос.

В этом году 17 июня исполнилось 46 лет, как Вера Николаевна и Виктор Андреевич соединили свои судьбы в единую. У них два сына, четыре внучки и внук.

Жизнь их особо не баловала, да они легких путей и сами не искали. Не хватало зарплаты — находили подработку. Если для сохранения рабочего места требовался диплом о высшем образовании — поступали в вуз. Один из них без ропота мирился с тем, что пока учится вторая половина, основная тяжесть семейных обязательств ляжет на него. Оба по пять лет заочно проучились в институтах. При двоих детях. Оба перенесли по тяжелой болезни. И счастливо выкарабкались, потому что рядом всегда была рука, за которую можно было ухватиться. Радовались выздоровлению, радовались успехам детей и появлению внуков.

В общем-то, обычная доля при долгой совместной жизни, когда все идет своим чередом в полном соответствии с теорией вероятности: и горести, и радости. И лишь одно в такой жизни стоит особняком, что не поддается объяснению никакими научными теориями. Тот миг, когда любовь одного человека зажигает первый робкий огонек ответной любви в душе другого.

Виктор Гоношилов, фото автора

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *