Золото Колчака: загадки и разгадки

Больше года золотой запас Российской империи находился в Омске

— Я скорей большевикам оставлю это золото, чем вывезу его из страны, — вспылил однажды адмирал Колчак, отвечая на очередное предложение иностранных союзников отправить на хранение за границу золотой запас России.

И тем предопределил свою участь.

Судьба золотого запаса Российской империи, оказавшегося в руках Колчака, до сих пор окутана тайнами и загадками. Согласно одним авторам, он разворован и бесконтрольно израсходован чуть ли не наполовину, а то и больше. О том пишут знающие люди. Назовем всего два имени. Омский краевед Владимир Панасенков, уважаемый местными любителями истории за тщательность проверки фактов, и московский доктор исторических наук Владлен Сироткин, отдавший десятилетия изучению судьбы российского золота. Но есть и противоположная сторона. О том, что неучтенные официальными документами потери золотого запаса составляют лишь сотые доли процента, указывает в своей обширной монографии российский исследователь, доктор исторических наук Олег Будницкий. Для сегодняшней России этот автор, пожалуй, самый авторитетный специалист по данной теме. Его 500-страничная книга «Деньги русской эмиграции: Колчаковское золото. 1918-1957» (М., 2008) сложна для чтения, зато несет огромный объем холодной, лишенной эмоционального публицистического жара информации.

Самая крупная кража в мире

Чиновники антибольшевистского правительства Комуч прохладным октябрьским вечером 1918 года, отдав световой день поездкам по Челябинску, возвращаются на железнодорожный вокзал усталыми, но довольными. Задание, намеченное для себя на день, выполнено.

Выходят на запасные пути и столбенеют от ужаса. Пусто на рельсах. Железнодорожные составы под номерами 52 и 54, в которых находился золотой запас Российской империи, будто корова языком слизала. Дневные труды пали прахом. Чиновники ж мотались по городу как раз для того, чтобы найти надежное хранилище для многих тысяч пудов драгоценного желтого металла. О том, что стали свидетелями самой большой кражи в мире, они, конечно, не думают. Думают об ответственности. В России развернулась кровавая гражданская война. В такие времена за меньшее без проволочек ставят к стенке.

Отойдя от шока, чиновники бросаются к начальнику вокзала, к телефонам. Им понадобилось всего несколько часов, чтобы выяснить: «золотые эшелоны» угнал 28-летний житель Омска Иван Михайлов. Он же министр финансов Временного сибирского правительства, основанного в городе на Оми.

В одиночку Михайлов не сумел бы провернуть операцию, не помоги ему командующий Сибирской армией П.П. Иванов-Ринов. По приказу последнего погнали офицеры охраны составы в Омск. Там у руля находились областники, политики более правой ориентации, нежели на территории европейской белой России, здесь рулили эсеры, или, другим словом, социал-революционеры. Потому консервативное омское правительство военными считалось более надежным.

Составы с золотом через несколько суток подкатили к омскому железнодорожному вокзалу. День 13 октября 1918 года в истории Омска отмечен двумя знаковыми событиями: в город прибыл вице-адмирал Колчак (до адмирала его повысят в Сибири) и золотой запас России. Их судьбы так неразрывно сплетутся, что государственный запас станут называть колчаковским золотом.

Но как получилось, что золотой запас Империи, всегда хранившийся в Санкт-Петербурге, вдруг оказался за Уралом?

Второй по величине

К началу Первой мировой войны (август 1914 г.) Российская империя обладала вторым в мире, после США, золотым запасом. На 1 января 1914 года он оценивался в 1 миллиард 695 миллионов золотых рублей (золотой рубль равнялся 0,77423 грамма чистого золота). А весил запас, по данным за 1913 год, 1233 тонны.

Правительство Николая II, оберегая госзапас как зеницу ока и готовясь к любым возможным катаклизмам, возвело в Нижнем Новгороде и  Казани специальные банковские здания, оборудованные по последнему слову техники начала ХХ века. Они понадобились осенью 1915 года в связи с неудачами на германском фронте. Возникла опасность прорыва немцев к столице. Партии золота принялись перевозить из Петрограда (в 1914 году столицу из
Санкт-Петербурга переименовали в Петроград) в провинциальные банковские сейфы.

Через год после начала Первой мировой войны страна переместилась на третье место по количеству золота, уступив второе Франции. Начиная с 1916 года, общий объем желтого металла в стране заметно убывал. Империя втянулась в войну, обладая всего четырехмесячным запасом снарядов и патронов, необходимых для сражений. Вооружение, чтобы выйти из затруднительного положения, приобреталось за рубежом в обмен на золото. Если быть точным, то золото использовалось в качестве залога для получения кредитов, которыми оплачивались военные поставки.

В октябре 1917 года, перед Великой октябрьской социалистической революцией, золотой запас России оценивался в 1 млрд. 101,1 млн. золотых рублей. Не трудно подсчитать, что драгоценного металла в государственной кубышке за три года Первой мировой уменьшилось на 35 процентов или почти на 600 млн. золотых рублей.

Большевики, победив в Октябрьской революции 1917 года, в деле сохранения золотого запаса пошли путем царя. Золото из обеих столиц тоже повезли в Нижний Новгород и Казань, так как положение советской власти не отличалось надежностью.

Зачем разожгли Гражданскую войну?

Теперь пришло время обратить внимание на дела международные. Без них, к сожалению, судьбу золотого запаса Империи не объяснишь.

К середине 1918 года вся Европа, уставшая от войны, Первой мировой, находилась на грани социалистической революции, благо в России прецедент появился. Да и большевики, в соответствии с учением немецкого экономиста Карла Маркса о классовой борьбе и формировании диктатуры пролетариата в мировом масштабе, на завоевании одной страны останавливаться не собирались. Поэтому лидеры западных стран с опасностью глобальных катаклизмов социального характера считались.

И тут, в конце мая 1918 года, на территории советской России вдруг вспыхнул мятеж 50-тысячного чехословацкого легиона, официально являвшегося частью французской армии. Совсем недавно Россия и Франция находились по одну сторону в войне против Германии, но после заключения большевиками в марте 1918 года Брестского мира с немцами, наша страна в глазах бывших союзников (Англии, Франции, США) превратилась в предателя. А плененные русскими солдатами чехи и словаки, когда-то воевавшие заодно с немцами против Франции и России, вдруг стали союзниками французов — Чехословакия больше не соглашалась оставаться в составе Австро-Венгерской империи, союзницы Германии. Такие вот кульбиты.

62 поезда с вывозимыми через Владивосток вооруженными легионерами растянулись по восточной части железной дороги, начиная от Сызрани и Перми. Вывозились они с согласия советской власти и при условии полного нейтралитета по отношению к внутренним российским междоусобицам.

План мятежа против власти большевиков, вопреки обещанию не вмешиваться во внутренние наши дрязги, был тайно разработан в конце апреля в московском представительстве французской военной миссии. В начале мая детали были обсуждены с командованием чехословацкого корпуса на совещании в Челябинске.  

В конце мая — начале июня 1918 года чехословаки, используя налаженные связи с антисоветским подпольем в сибирских городах, за считанные дни захватили все Зауралье. Легионерам и белогвардейским офицерам, имевшим фронтовой опыт, молодые рабочие пареньки из красной гвардии ничего, кроме храбрости, противопоставить не сумели. Чехи вместо того, чтобы с удвоенной скоростью устремиться к Тихому океану, во Владивостоке их должны были ждать суда для перевозки на родину, повернули штыки на запад. Прихватили европейскую часть России до берегов Волги. Но управление оккупированными территориями оставили местным военным.

Так началась полномасштабная гражданская война в России, когда сосед шел на соседа, брат на брата. Страна разделилась на два непримиримых лагеря: красных и белых.

Франция, Англия, США не жалели усилий для вооружения противников большевиков. И хоть поставки винтовок, пушек, танков, самолетов сопровождались непременными словами о стремлении помочь русскому народу в трудную годину, понятно, что цель преследовалась прямо противоположная — разжечь братоубийственную войну посильнее. Тогда большевикам будет не до мировой революции.

Главной целью западных политиков было устранить опасность общеевропейского социального взрыва, а второй — попытаться расчленить нашу державу по принципу лоскутного одеяла. «Мир будет жить спокойнее, если вместо огромной России в мире будут четыре России. Одна — Сибирь, а остальные — разделенная европейская часть страны», — не скрывал своей мечты Эдвард Хаус, советник по национальной безопасности президента США.

Большевики от идеи мировой революции даже в этой критической для них ситуации не отказались, они ее в своих планах просто перенесли на вторую очередь, а главной целью сделали необходимость победы в Гражданской войне.

В будущем каждая из противоборствующих сторон добьется лишь главных целей. Большевики победят в Гражданской войне, а Запад сумеет избежать социальной катастрофы.

Золотой приз

В Самаре после июньского свержения в городе советской власти чехословаками сформировалось влиятельное антибольшевистское правительство Комуч (Комитет членов Учредительного собрания). Его Народная армия с боевыми офицерами во главе направилась к Казани. Там располагались военные склады. Там же находился банк с самым большим в России запасом золота, платины и ювелирных изделий.

О золоте белые думали в последнюю очередь, им требовались винтовки и пулеметы. Зато большевики о злате помнили. И сделали все возможное, чтобы ценности казанского банка не попали в руки их противников.

Но история распорядилась иначе.

В июне 1918 года белогвардейское подполье в союзе с чехословаками свергло советскую власть в Самаре. В городе сформировалось антибольшевистское правительство Комуч (Комитет членов Учредительного собрания).

Золотой приз

Народная армия Комуча с боевыми офицерами во главе направилась к Казани. Там располагались военные склады. Там же находился банк, где хранился государственный золотой запас Российской империи.

Посланные из Москвы пять советских комиссаров попытались спасти запасы драгоценного металла для диктатуры пролетариата. Не успели. Вывезли всего сто ящиков с золотыми монетами на шесть миллионов рублей. Меньше одного процента от хранившегося в Казани золота.

7 августа 1918 года белогвардейцы с помощью чехов и сербов выбили красных из Казани. Победа принесла им щедрые трофеи в виде огромных запасов оружия. И в довесок золотой приз — государственный запас державы. На самом деле, если говорить точнее, это была одна из двух долей российского государственного золота. Вторая доля находилась у красных в Нижнем Новгороде (около 450 млн. руб.). О ней сторонникам Комуча то ли не было известно, то ли не хотелось думать.

С этого времени казанская доля запаса, содержавшая в себе около 65 процентов государственного желтого металла, стала именоваться на территории белых золотым запасом России. Казанские банковские служащие, отвечавшие за хранение драгоценного депозита, знали о второй доле золотого запаса, находящегося в Нижнем, по должности не могли не знать, но почему-то помалкивали. О ней до сих пор не принято вспоминать, но мы этот принцип умолчания нарушим. Попозже.

Военное счастье переменчиво. Через пару недель уже красные угрожают Казани. Белогвардейцы все ценности местного банка вывозят на пяти пароходах по Волге в Самару. Готовя в казанском банке сокровища для погрузки, люди ходят по золотым монетам. Банк пережил нападение вандалов, которые воспользовались неразберихой Гражданской войны. Золота сколько-то унесли. Порваны некоторые мешки и повреждены некоторые ящики с монетами. Стараниями добровольцев дензнаки с пола подбираются.

Зачем золоту аффинаж?

Пока у тебя в загашнике три-четыре прочитанных работы о золотом запасе, ты следом за тем или иным автором мечешься между диаметрально противоположными мнениями о судьбе государственного золота. С одной стороны, ты читаешь о десятках случаев воровства без всяких последствий для похитителей. А с другой, видишь, что вроде бы те исключительные случаи, когда что-то пропадало из золотого запаса, вплоть до единственной монеты в десять рублей, заносились в акты из нескольких экземпляров.

Но накапливая информацию, ты постепенно приходишь к собственным выводам. Слишком уж много нестыковок в официальных документах и серьезных аналитических работах, чтоб обойтись без собственного направляющего мнения.

Начнем с августа 1918 года, с Казани.

В правительственном «Вестнике Комуча» 22 августа появилось сообщение: «В. Лебедев (один из руководителей военного белогвардейского ведомства. — В. Г.) телеграфировал Комучу, что им закончена отправка из г. Казани в г. Самару российского золотого запаса. Весь золотой запас исчисляется в нарицательной сумме 657 млн. руб., а по теперешней стоимости 6,5 млрд. руб., кроме того, отправлено на 100 млн. руб. кредитными знаками, запасы платины и серебра и иные ценности».

Обратим внимание, что вес партии золота стоимостью 657 млн. руб. составляет примерно 32-33 тысячи пудов (более 500 тонн). Но в книге о казанской части золотого запаса серьезных советских исследователей Анатолия Кладта и Владимира Кондратьева «Быль о «золотом эшелоне» (М., 1962), написанной по архивным данным, указано, что вывезти белым из Казани предстояло 80 тысяч пудов драгоценностей. То есть по массе в два с половиной раза больше, чем могла весить партия указанного в правительственном вестнике золотого запаса.

Дальше больше. Н.М. Брушвит, управлявший финансами в Комуче, заявлял, что стоимость вывезенных из Казани ценностей составляла миллиард сто миллионов золотых рублей. То есть на 450 миллионов золотых рублей больше, чем указывалось в «Вестнике Комуча».

В чем же причина такой разноголосицы?

Когда произносятся слова «золотой запас», то по кадрам из разных фильмов невольно складывается ощущение, что он состоит сплошь из золотых слитков. Действительность иная. В золотой запас России, кроме слитков, входили золотые отечественные монеты, золотые иностранные монеты, золотые диски или, говоря иными словами, заготовки для монет, и золотые ленты. Тут важно понимать главное — все золото государственного запаса аффинировано, то есть специальными технологиями переплавки и очистки доведено до высоких проб — до 900-й (900 частей золота на 1000 частей веса) и выше. И если монеты чеканятся из стандартного металла, то тем же слиткам официальная цена дается в зависимости от пробы. Тут нет места ошибкам. Золото — главная валюта и авторитет державы.

Поэтому вывезенные из Казани ценности в правовом отношении необходимо разделить на две части. Первая — официальный золотой запас, состоящий из аффинированного золота. Вторая часть — золото и драгоценности частных банков и частных вкладчиков, тонны серебряной монеты, платина, ценности Горного института, Главной палаты мер и весов, а также часть из 70-тонного румынского золотого запаса, вывезенного в Россию осенью 1916 года в связи с поражением Румынии от немцев. И 172 ящика с драгоценностями, конфискованными большевиками у буржуа. В общем, вторая часть содержала огромную массу не оцененных по строгим критериям сокровищ, которые никак не могли входить в официальный золотой запас державы.

Определение «золотой запас России» импонировало политикам и публицистам белого движения. И они все ценности, вывезенные из Казани, стали именовать золотым запасом. Солидно. Опять же, если государственный запас у «нашего» белого правительства, то, следовательно, и правительство управляет настоящим государством. А о нижегородской доле запаса старались не упоминать. Следом за политиками времен Гражданской войны по проторенному пути пошли и современные исследователи.

Все золото официального государственного запаса, как уже упоминалось в материале, разделилось надвое по той причине, что главные его партии для хранения еще при царе начали отправлять в два банка — в казанский и банк Нижнего Новгорода. По мелочам, добавим для  ясности, что-то отвозилось и в другие города, а также оставалось в Москве и Петрограде.

Советская власть в эти же два банка — казанский и нижегородский — в первой половине 1918 года начала отправлять все драгоценности, которые можно было изъять в провинциальных банках и экспроприировать у состоятельных граждан. Из того же Омска, еще до мятежа белочехов в мае 1918 г., советские чиновники отправили в Казань 2 т 739 кг желтого металла.

Казанский банк оказался забит ценностями до такой степени, что свободных помещений почти не оставалось.

Казалось, тут сам черт ногу сломит. Было же не все так неразборчиво, как кажется. Государственный золотой запас загодя был отделен от остальных депозитов и упрятан в специальные хранилища. За него, думается, отвечала специальная группа служащих. Старорежимные профессионалы строго следили за тем, за что несли ответственность. Остальное их не касалось или касалось в гораздо меньшей степени, которой иногда можно было пренебречь.

За последующие год и девять месяцев жизни они, мобилизованные белой властью, пройдут через горнило шести разношерстных правительств, проедут рядом с золотом чуть ли не через всю страну и снова вернутся в Казань, уже советскую. Остались живы, потому что любую неприятность, касаемую государственного запаса, документировали. Иногда тщательно, если позволяла обстановка, иногда — на скорую руку.

А вот отношение к остальным «казанским» ценностям, не входившим в официальный золотой запас, было иным. Нет, их не разбрасывали налево и направо, но и точные документальные свидетельства о судьбе этих богатств никто скрупулезно не собирал.

«Золотые эшелоны»

К 25 августа белые, ожидая натиск красных, вывезли золото из Казани в Самару. Успели! Через 15 дней Казань пала. Тревожным становится и положение Самары. Белые, предвидя падение города, успевают в конце сентября на поездах № 52 и № 54 отправить золотой запас в Уфу. Погружено 8 399 ящиков, 2 468 мешков и 18 сумок. Общее количество мест — 10 тыс. 885. К казанским банковским служащим добавилось несколько их коллег, мобилизованных в Самаре. Всего же партия подвижного состава с казанскими богатствами насчитывала 120 вагонов и состояла то ли из трех, то ли из пяти эшелонов. Данные, в зависимости от литературных источников, разнятся. Эта разница тоже свидетельствует о том, что за официальным золотым запасом следили более тщательно, чем за остальными ценностями. Сохранились даже, как видим, номера поездов, куда его погрузили. Остальные казанские богатства не знали такого внимания.

Самару красные возьмут 7 октября. В Уфе уже сформировано очередное белое правительство — Временное Всероссийское — Уфимская Директория (чиновники прежнего правительства — Комуча — остаются при нем на правах младших братьев). А потом и оборона Уфы больше не кажется надежной. 6 октября Директория отправляет золотой запас в Челябинск, его сопровождают чиновники, утвержденные еще Комучем. А из Челябинска составы с дорогим грузом, как уже рассказывалось в прошлом номере, самовольно угоняет в Омск министр финансов Сибирского правительства Иван Михайлов. Огромные казанские богатства въедут в город на Оми 13 октября 1918 года и вскоре получат обобщающее название «колчаковское золото».

Тьма сокровищ оказалась почти рядом с Саргаткой. А, может быть, что-то спрятано и в наших краях?

13 октября 1918 года в белый Омск прибыло несколько эшелонов с эвакуированными из казанского банка ценностями: золотым запасом России, а также платиной, серебром, ювелирными изделиями.

Первая большая потеря

Общий вес сокровищ, которые белые вывезли в августе 1918 года из Казани перед захватом города красными, по словам ответственных лиц, должен был составлять 80 тыс. пудов (1 280 тонн). Но в ноябре 1918-го, через три месяца после эвакуации из Казани, общий вес вывезенных сокровищ в официальных бумагах указан уже на 10 тыс. пудов меньше. То есть 70 тыс. пудов (1 120 тонн): 40 тыс. золота с платиной и 30 тыс. пудов серебра (эти данные приведены 23 ноября 1918 г. в телеграмме Совета управляющих ведомствами антибольшевистского правительства Комуча руководству чехословацкого легиона).

Можно ли найти объяснения, куда делись десять тысяч пудов? Можно. Во-первых, казанский краевед В.В. Курносов, проведя анализ десятков документов, пришел к выводу, что внушительное число ценностей было спрятано в окрестностях города при вывозе белыми золота из Казани. Во-вторых, согласно данным, приведенным в книге В.Г. Сироткина «Золото Колчака» (М., 2010), правительство Комуч 2 октября 1918 года передало чехословацким легионерам для обеспечения их финансовых потребностей  750 ящиков серебра на сумму 900 тысяч золотых рублей. У обоих исследователей свидетельства убедительные.

Белый офицер чекист Косухин

Понадобилось около тысячи подвод, чтобы транспортировать прибывшие осенью в Омск богатства. Солдаты стояли цепью от вокзала до центра города. Почти во всех литературных источниках говорится, что золотой запас поместили в два хранилища Омского отделения Госбанка (Банковский переулок, 1. См. на снимке). А вот у омского краеведа В.Н. Панасенкова в статье «Тайна золота Колчака» (журнал «Культура», Омск, 2018) в противовес его коллегам приводится несколько адресов. Кроме хранилищ Госбанка упоминается еще и хранилище Госказначейства (ныне в помещениях бывшего казначейства размещается региональный Минсельхоз), а также подвалы зданий Судебных установлений (сейчас Законодательное Собрание Омской области), Управления железной дороги (сейчас Университет путей сообщения) и Драмтеатра. В театре на постое находилась военная часть, так что охрана внушала уважение.

Факт множества адресов для расфасовки прибывших богатств, на наш взгляд, свидетельствует о том, что официальный золотой запас державы, в который входило только аффинированное, то есть выплавленное по методикам особо высоких стандартов золото, выделялся особо. Таким золотом государство расплачивалось при международных сделках, потому и стандарты выплавки, чтоб не уронить авторитет державы, были высоки. Для государственного запаса в Омске отводились хранилища Госбанка, для остального злата и серебра — что останется. Здание Омского отделения Госбанка, построенное в начале XX в., не могло вместить весь прибывший ценный груз.

С 18 ноября 1918 года богатства омских хранилищ к своему прежнему общему названию «золотой запас» обретают еще «колчаковское золото» или «золото Колчака». В это золото входит как официальный государственный запас из аффинированного золота, так и прочие ценности, вывезенные из Казани. Но что же произошло 18 ноября? 18 ноября после удачного военного переворота Александр Васильевич провозглашается Верховным правителем России.

Красные о сокровищах, сосредоточенных в Сибири, тоже помнили. Весной 1919 г. со спецзаданием — спасти золотой запас для советской России — в Омск тайком командировали чекиста Александра Косухина (1900-1939). Умен, общителен. Изображая раненого в прошлом белого офицера, завел дружбу с контрразведчиками, по должности надзиравшими за золотом.

Золото в обмен на оружие

21 января 1919 года президент США Томас Вильсон озвучил идею о примирении белых и красных.

На нее не откликнулись ни красные, ни белые. Не требовалось иметь семи пядей во лбу, чтобы понять: страна, разделенная на два непримиримых лагеря, распалась бы (как минимум!) на две независимых территории.

Настойчиво идею мира союзники не пробивали, но министры Омского правительства поняли — для них звонок прозвенел. Полноводная река американской и европейской военной помощи, которая прежде текла без задержки, теперь готова иссякнуть в любую минуту. Колчак дает разрешение на отправку первой партии золота во Владивосток для продажи иностранным банкам.

10 марта 1919-го из Омска уходит первый эшелон с золотом. В нем 1235 ящиков со слитками плюс ящик с монетой. Общий вес — более 3 200 пудов. А в деньгах — около 69 млн. золотых рублей.

У колчаковского правительства тут же появляется естественный вопрос: а каков точный объем государственного запаса, который находится в Омске? Он больше полугода не пересчитывался, проехал тысячи километров в плохо оборудованных вагонах.

В апреле 1919-го специальная комиссия начинает ревизию золотого запаса. Сверяются с сохранившимися ведомостями номера стандартно упакованных «золотоносных» мешков и ящиков (не вскрывая их!). Поштучно пересчитываются монеты и слитки из поврежденных упаковок. Проводится оценка сокровищ из платины и золота, к российскому золотому запасу не относящихся. Оценка поверхностная. Серебряная монета, например, а ее в Омск привезли в нескольких вагонах, вовсе не пересчитывается. Серебра же в казанском банке, откуда его доставили в Омск, могло находиться почти на 200 млн. рублей (А. Гак. Гражданская война и золотой запас России. «Наука и жизнь», № 9, 2001).

Для досконального подсчета богатств не хватало ни знающих людей, ни времени, ни специального оборудования. А объем для работы огромный. В Омске находятся ценности, доставленные когда-то для сохранности в Казань из Главной палаты мер и весов, Горного института, часть золотого запаса Румынии, золотые депозиты частных вкладчиков, ящики с ювелирными изделиями, конфискованными большевиками у классовых врагов.

К 10 мая итог ревизии, проведенной руками банковских служащих, готов. И тут начинаются странности. С учетом партии, отправленной во Владивосток, фактическая стоимость золотого запаса, доставленного в Омск из Казани, составила 645 млн. 410 тыс. 610 руб. 79 коп. А в акте ревизии будет указано на 6 млн. 122 тыс. руб. больше — 651 млн. 532 тыс. 117 руб. 86 коп.

Акт ревизии:

«В наличности оказалось следующее количество мест:

с российской монетой — 6517 ящиков, 1803 двойных и 8 одинарных мешков на сумму 499 435 177 руб. 65 коп.;

с иностранной монетой — 220 ящиков, 381 двойных и 12 одинарных мешков на сумму 40 577 839 рублей 36 коп.;

с переоцененной (дефектной) монетой — 261 двойных и 3 одинарных мешков на сумму 15 385 566 рублей 13 коп.;

со слитками — 391 ящик, плюс 1 235 ящиков, отосланных во Владивосток, на сумму 95 078 493 руб. 25 коп.;

с полосами — 9 ящиков на сумму 529 594 руб. 24 коп.;

с кружками — 7 ящиков на сумму 525 447 руб. 23 коп.

Итого на сумму 651 млн. 532 тыс. 117 руб. 86 коп.».

В чем же причина столь значительного расхождения в суммах?

В апреле Омское правительство приняло решение считать собственностью Госбанка золото вкладчиков, если владелец не установлен. А когда будет установлен — компенсацию выплатить.

Золото национализировали как-то странно. Некоторые партии  аффинированного драгметалла, то есть выплавленного по специальным технологиям, в запас не включили под предлогом сомнений в оценке. Зато включили массу ящиков с неаффинированными золотосеребряными слитками, когда в одном слитке смешаны оба драгоценных металла.

Как бы там ни было, а в черноземном незолотоносном Омске золотой запас России увеличился сразу на 6 млн. 122 тыс. рублей.

После ревизии омской части золотого запаса местное правительство открыло выставку. На нее, чтобы продемонстрировать свою платежеспособность, пригласили представителей иностранных миссий. Посмотреть было на что. Золотая посуда редкой красоты, дорогое  инкрустированное оружие, оклады из драгоценных металлов, монеты различного достоинства из множества стран, ювелирные изделия. Особый интерес у гостей выставки вызывали двухпудовый золотой шар идеальной шлифовки из Главной палаты мер и весов, а так же пара огромных самородков — платиновый и золотой.

Большинство представленных на выставке вещей впредь в ведомостях фигурировать не будут. Но ведь они не испарились. Может, до сих пор, и это намек саргатчанам, лежат где-то в хорошо замаскированных глубоких тайниках?

Всего во Владивосток омские чиновники отправили пять «золотых эшелонов» — 10 марта, 19 и 20 июля, 8 сентября и 18 октября 1919 года. Составы шли под иностранными флагами, чтобы избавить их от излишних опасностей на пути в шесть тысяч верст. Из Владивостока золото расходилось по западным банкам. Отчего омские финансисты выбрали такой длинный, по сути, кругосветный путь? Ответ очевиден: железные дороги европейской России контролировались большевиками.

Для первой партии золота покупатели сначала находились с трудом. Иностранные банкиры боялись реакции своих государств, поскольку правительство Колчака официально признала одна Югославия. Золото пришлось продавать по заниженным ценам. Когда наиболее смелых банкиров за покупки никто не наказал, золотой запас России пошел на ура.

И все же с максимальной отдачей была использована лишь первая, мартовская, партия золота. Остальные большого прока Колчаку не принесли.

Но почему?

В первых месяцах 1919 года, как уже говорилось в материале прошлого номера, у колчаковского правительства появилось подозрение, что западные союзники готовятся сократить или вовсе прекратить военную помощь белому движению. Так пришла пора продавать золото государственного запаса иностранным банкам, а на вырученные деньги приобретать оружие.

Омские средства для эмигрантов

Путь для продаж получился длинный – через Владивосток, поскольку дороги европейской России контролировались большевиками.

Всего во Владивосток омские чиновники отправили пять «золотых эшелонов» — 10 марта, 19 и 20 июля, 8 сентября и 18 октября 1919 года. С максимальной отдачей была использована лишь первая, мартовская, партия на 69 млн. золотых рублей. Колчаковцы успели получить оружие, закупленное на эти деньги. Остальные золотые посылки большого прока белым не принесли.

Заключение сделок требовало времени, а этого ресурса у Колчака не оставалось. С начала лета 1919 года Красная Армия стала одерживать победу за победой над его войсками.

Мы точно не знаем, сколько оружия, закупленного на деньги от продажи золота из партий 19, 20 июня и 8 сентября, успело дойти до белой армии. Зато нам известно, что за границу через Владивосток было продано драгметалла на 190 млн. рублей. Значительную часть полученной суммы русские финансисты, работавшие за рубежом, отказались направлять на приобретение оружия. Поздно. Колчак проиграл войну. Средства, чтобы их не изъяли союзники за уже произведенные поставки, разбросали по личным счетам. 100 млн. рублей, не израсходованные на оружие, стали поддержкой для российской эмиграции. Это, пожалуй, самое удачное использование денег, полученных за колчаковское золото. Они пошли не на истребление русских, а на их спасение.

Пятый «золотой эшелон», отправленный из Омска 18 октября, не доехал до Владивостока. Его содержимое самовольно изъял атаман Семенов в Чите. Из 43,5 млн. рублей добычи он 37 миллионов раздаст в качестве содержания своим подчиненным. Что-то израсходует на текущие нужды. Остальное отправит в японские банки на черный день. Это золото уйдет с концами.

 Но велик ли вклад от продаж колчаковского золота в вооружение белой армии? Мы в данном случае можем говорить только о примерных цифрах. Исходить надо из того, что солидарные поставки Запада, включая размороженные заказы царского и Временного правительств, русскому белому движению, значительно превосходили сумму в миллиард золотых рублей. Поэтому вклад от продажи колчаковского золота составил, видимо, процентов 5-10.

В Иркутск!

12 ноября 1919 года, за два дня до занятия города красными,  Колчак покинет Омск. Он по железной дороге направится в новую ставку – Иркутск. В единой группе с поездом адмирала пойдет эшелон, в котором 28 вагонов были с золотом. Несколькими днями раньше от омского вокзала ушли семь вагонов с серебряной монетой, бумажными деньгами, медной мелочью и сундуками с неуказанными ценностями.

Два месяца понадобилось Колчаку на путь, который в мирное время занимал считанные дни. В Иркутске его будет ждать не уютный служебный кабинет, а тюрьма.

Колчака предали чехословаки. Легионеры, восставшие  полтора года назад против советской власти, тем же макаром совершили обратный кульбит. В конце 1919 года они, безнаказанно убивавшие и грабившие местное население, поняли, что за содеянное придется отвечать сполна.

Взяв под контроль Транссибирскую магистраль, поезда и паровозы в первую очередь предоставляли землякам, рвущимся во Владивосток. Оттуда их кораблями со всем награбленным добром будут год перевозить в Чехословакию. 

Эшелоны Верховного двигались черепашьим темпом, пути были открыты лишь поездам с чехами. Тысячи русских семей и раненых погибли от холода в вагонах без паровозов.

В Иркутске 5 января белую власть сверг эсеро-меньшевистский Политцентр. Легионеры получили ультиматум: либо они отдают Колчака и золото восставшим, либо партизаны начнут взрывать мосты.  

15 января Колчак окажется в руках Политцентра. С 21 января его хозяева уже большевики, отстранившие Политцентр от власти. В ночь с 6 на 7 февраля 1920 года красные расстреляют адмирала на берегу иркутской речки Ушаковки.

Едва Колчак оказался без военной поддержки, чехи тут же арестовали русскую охрану «золотого эшелона». Полновластными хозяевами ценностей они оставались около месяца, до середины февраля 1920 года.

13 февраля появляется приказ об общей охране «золотого эшелона» легионерами и русскими солдатами. К тому времени уже подписан договор между правительством советской России и чехословацким командованием об условиях перемирия. Есть там пункт о передаче «золотого эшелона» — его  окончательно передадут советской власти при отбытии последнего поезда с чехами из Иркутска. 

Такой момент настал 1 марта. Срочно проводится ревизия золотого запаса. Общий вес золота – 21 443 пуда. Оценка в деньгах – 409 млн. 625 тыс. 870 руб. 23 коп.

Сейчас, как в приличном детективном романе, где все разгадки даются на последней странице, пришла пора истины и у нас. Так разворовывался налево и направо золотой запас России или нет?

По мнению историка О.В. Будницкого, неучтенные потери запаса минимальны. Работая с документами в иностранных архивах, он сумел точно подсчитать в рублях золото, проданное колчаковским правительством, и учел хищения драгметалла при транспортировке.

Дорогой читатель, если тебе арифметика не всласть, то остальные строчки этого абзаца пропусти; полученная от расчетов информация в следующем абзаце. Итак, ведем подсчеты. За границу отправлено золота на 190 млн. 899 тыс. 651 руб. плюс золото, захваченное атаманом Семеновым (43 млн. 557 тыс. 744 руб.), добавляем к этим цифрам суммы заактированных хищений (840 тыс. руб.) и теоретически получаем 235 млн. 297 тыс. 395 руб. убыли золотого запаса за время власти Колчака. От стоимости золотого запаса в 645 млн. 410 тыс. 610 руб., доставленного в Омск 13 октября 1918 года, отнимаем полученную только что сумму и выводим разницу в количестве 410 млн. 113 тыс. 215 руб. Это теоретическая стоимость остатков золотого запаса. От полученного числа отнимаем реальную стоимость остатка золотого запаса, который достался большевикам в Иркутске (409 млн. 625 тыс. 870 руб.), и видим 487 тыс. 345 рублей.

487 тыс. рублей и есть величина, не учтенных в документах потерь государственного золота. При всей значимости цифр их относительные размеры к общей стоимости официального золотого запаса, по мнению Олега Будницкого, не велики — всего 0,075%. Расхождение может объясняться путаницей в документах. Получается, что золотой запас России практически не имел неучтенных потерь. Но все ли так просто?

Напомню, что богатства казанского банка общим весом 70-80 тыс. пудов, вывезенные осенью 1918 года белой армией в Омск, где они получили общее наименование «золото Колчака», делились на две части: на официальный государственный золотой запас и на переходящие ценности, включавшие в себя депозиты различных российских банков и их вкладчиков.

Стоимость привезенной в Омск казанской части официального золотого запаса действительно составляла 645 млн. 410 тыс. 610 руб. Но его величина в соответствии с решением Омского правительства была поднята на шесть с лишним миллионов золотых рублей за счет включения в запас переходящих ценностей. То есть ценностей, прежде не входивших в официальный золотой запас. В итоге его стоимость выросла до 651 млн. 532 тыс. 117 руб.

Следовательно, неучтенные потери составляют уже не 870 тыс. рублей, а на 6 млн. рублей больше — без малого семь миллионов золотых рублей. И, следовательно, общая убыль золотого запаса за время власти Колчака составляет не 236 млн. рублей, а около 242 млн. рублей.

Но куда могли уйти 6-7 миллионов неучтенных потерь? Существует версия о нежелании чехов безвозмездно оставлять золотой запас красным. И красным, уступавшим противнику в силе, пришлось согласиться на сделку.

А загадки продолжаются.

Серебра в Омск — металлом и монетой — завезли на 200 млн. рублей. А проследить можно лишь судьбу 14-15 миллионов. Где остальное серебро? О том история умалчивает.

Где 172 ящика с изъятыми в начале 1918 года большевиками ценностями у своих классовых врагов? Тоже пропали. Где двухпудовый золотой шлифованный шар из Главной палаты мер и весов? О нем тоже нет упоминаний. Судьбу примерно трети ценностей от начального общего их веса 70-80 тысяч пудов мне отследить не удалось.

И каков итог?

Красные в остатке получили 3 млн. рублей серебром и 21 443 пуда золота. Эту 21 тысячу пудов желтого металла в очередном «золотом эшелоне» доставит 3 мая 1920 года в Казань чекист Косухин, тайно следивший за золотым запасом еще в колчаковском Омске.

Но куда исчезли огромные богатства? О том мы можем лишь гадать. Под самым большим подозрением чехи. Заместитель министра финансов Омского правительства В.И. Новицкий считает, что легионеры вывезли золота и прочих драгоценностей на 63 млн. золотых рублей. В расхищение золота Колчака весомую лепту внесли и тривиальные грабежи с воровством. Предполагается также, что контрразведка белых использовала часть драгметалла, создавая схроны в надежде на будущее ведение партизанской войны против страны Советов.

Зато как растворялись 450 млн. рублей второй части золотого запаса, которая хранилась в банке Нижнего Новгорода советской России, сегодня известно лучше. Золото уходило контрабандно и официально на разные цели. На разжигание мировой революции, в качестве контрибуции Германии при заключении Брестского мира (93 тонны), на закупку хлеба для голодающих, приобретение оборудования для промышленности и прибалтийским государствам, отсоединившимся от России. В эти потоки потом влилось и «сибирское» золото.

К 1928 году в советских банковских хранилищах осталось всего 150 тонн или 9 тыс. 375 пудов золота — минимальное количество за XX век.

Виктор Гоношилов

Оставить комментарий

Ващ e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *