Три зимних встречи с КФХ Крафта

Когда не бываю долго в каком-либо знакомом  мне хозяйстве, где тебя воспринимают как своего, чувствую угрызения совести. Ведь труженики его должны знать, что их труд не только достоин материального поощрения, но и морального, каковым является, в том числе внимание средств массовой информации.

В КФХ Сергея Крафта из Нижнего Иртыша я нынче был только раз, в начале лета, и то набегом. Хоть и ворчит беззлобно Сергей Александрович, мол, что про нас писать: все одно и то же — ничего нового, но я при каждой новой встрече здесь обязательно открываю для себя то, чего раньше не видел, не замечал.

Так было и на этот раз, когда три наши встречи  с коллективом КФХ произошли одна за другой. Повод такой: во-первых, хозяйство по итогам районного трудового соревнования в этом году заняло первое место среди хозяйств, развивающих животноводство и полеводство, во-вторых, стало победителем и в областном трудовом соперничестве в своей северной лесостепной зоне и, в-третьих, КФХ Крафта в ноябре этого года отметило свое 10-летие.

Встреча первая. Торжественная

Случилась она в зале районного Дома культуры в День работников сельского хозяйства. Традиция коллективного фото с представителями районной власти, Минсельхоза Омской области, депутатом Омского Заксобрания была соблюдена и на этот раз. И так органично было видеть среди коллектива  Светлану Крафт, супругу Сергея. Органично и поразительно одновременно.  Светлана Ивановна, по-моему, в первый раз была на таком торжестве. Она все время находится в тени своего мужа, главы хозяйства, хотя на ней очень важная составляющая работы: бухгалтерия, движение финансов, вся отчетность по молоку. Это крепкий, надежный тыл Сергея Александровича. Вместе они принимали решение сменить в 2010 году направление деятельности: со свиноводства переключиться на молочное животноводство. И первые муки раздаивания  набранных нетелей достались Светлане (чуть позже появились работники). Те несколько бидонов молока, которые они сдавали в первые  месяцы, с течением времени превратились в тонны. С января этого года по октябрь включительно хозяйство произвело 921 тонну молока — больше всех в районе.

— Как приятно видеть на сцене своих земляков, — сияла Любовь Ивановна Ахрамова, ветеран труда из Нижнего Иртыша, когда  передовиков  КФХ одного за другим вызывали на сцену для вручения почетных грамот, благодарностей, денежных поощрений. — Мы, нижнертышцы, по-прежнему в почете.

— Вы приближаетесь к показателям госплемзавода «Нижнеиртышский», — радовался ветеран труда Николай Дмитриевич Ахрамов. Этот семейный тандем разделял чужую радость как свою.

Все-таки это еще не сравнимые величины. В госплемзаводе и по 7 тысяч килограмм надаивали на фуражную корову, а у Сергея Крафта — под 5 тысяч. Но госплемзавод четыре послевоенных десятилетия шел к такому результату, а КФХ  развивается только одно десятилетие. В госплемзаводе были государственные плановые  поставки кормов для племенных коров (он был семикомпонентный, в том числе включал соевый шрот с Дальнего Востока, патоку, что остается после производства сахара из сахарной свеклы — это с европейской части СССР, пивные дрожжи Омского пивзавода), в КФХ у буренок рацион  чуть проще, однако ничего просто так, манной небесной не сыпется, все надо покупать. Шрот соевый тоже используется, и сахар, и даже нарезанный ломтями хлебушек, у которого вышел срок реализации. Но основа меню — собственный сенаж, сено, солома и фуражное зерно.  Госплемзавод не испытывал проблем с кадрами:  работать в животноводстве было престижно, почетно. А сейчас сельский люд не жалует сельский труд. Вот нынче ушла на заслуженный отдых замечательная доярка Ирина Ивановна Ремнева (мне довелось не раз чувствовать, какие от нее обаяние и сила исходили) — и как  непросто найти  ей замену  (или  серьезно заболевшей телятнице Наталье Портнягиной). Найти прилежного, расторопного, любящего животных человека, чтобы выдерживал ранние подъемы (вставать на работу надо в 3.30, самое позднее — в 4.00), монотонные будни трудной работы и при этом не спотыкался  на винной «пробке». Спросите любого сельхозпредпринимателя — у всех схожая ситуация.

Среди награжденных была и оператор машинного доения  Нина Андреева — я видел ее впервые. Может, это и есть замена Ирине Ивановне?  Высказал свое предположение вслух.

— Она у нас уже второй год работает, — смеется Екатерина Бодягина, самая передовая доярка Саргатского района. — Просто вы редко у нас бываете, — наступила она на мой «больной мозоль». Продолжает шуткой: —  Мы уже успели соскучиться.

Как после таких слов  не наведаться на ферму, не взглянуть, как достается оно —  большое молоко.

 

Встреча вторая. Будничная

Подъехал я, когда начало смеркаться. У закрытых ворот на въезде на территорию хозяйства дожидается своего часа горка — самое большое в районе подобное сооружение, рожденное в недрах КФХ. Ее устанавливают на склоне озера Пионерское в Нижнем Иртыше, когда подсыплет снежку. И она становится центром зимнего притяжения нижнеиртышских детей и взрослых (и многих семей из других селений Саргатского района). Пока сельские предприниматели собираются в своих селах делать горки, как у Крафта, Сергей пошел дальше: ее деревянные борта с внешней стороны стали под стать российскому триколору. Может быть, эта мелкая деталь, но она характеризует неуемный характер Сергея Александровича. Ему всегда хочется двигаться вперед, доставлять народу радость.

Как пирамиды Хеопса, высятся слева от ворот огромные пирамиды аккуратно выложенных рулонов сена и соломы.

— Вы обязательно сфотографируйте кормовые закрома Крафта, — просила меня Любовь Ивановна Ахрамова. — Заготовлено столько, что можно пол районного стада накормить.

Выполняю просьбу.

Сумерки сгущались. Мягким светом светодиодных ламп были залиты фермы, как всегда, побеленные к зимовке скота и выглядевшие, как добрая хата у хорошей хозяйки в старину. Везде чисто, аккуратно — глаз ни за что не цепляется. Коровы  неторопливо жуют свою жвачку. Упитанные, сытые, чистые, будто вылизанные. Гудят вакуумные насосы — начиналась дойка. Доярки Екатерина Бодягина, Наталья Донцова, Лариса Горбушина, Нина Андреева, набрав ведра горячей воды, ушли к своим подопечным.

Я увязался за Екатериной Бодягиной. Екатерина Алексеевна в хозяйстве Крафта трудится почти с самого образования  его, с 2010 года. Тогда хозяйство еще было личным подсобным, а не фермерским. После декретного отпуска, родив третьего ребенка, Екатерина снова вышла на ферму.

— Потерпите, девочки, сейчас всех обслужим, — это она коровам.

Смотреть, как она управляется с ними, с доильными аппаратами, любо-дорого. Так все и горит в ее руках. Быстрые, точные движения. И при этом сама умудряется оставаться чистой. Вот корова махнула хвостом — и прямо по лицу. Много раз мне доводилось видеть подобную ситуацию — таким матом обложат бедное животное. А Катя будто и не заметила этого.

— А скажите, коровы во всех хозяйствах такие чистые, как у нас? — спрашивает она меня. И сама же отвечает: — А то были мы на областном конкурсе операторов машинного доения — и я оторопела: как к таким замарашкам подойти (я помню тот момент, поскольку был на том конкурсе, где Екатерина представляла Саргатский район, дело было в с. Любино-Малороссах в ЗАО «Рассвет»).

— У меня и другие доярки хорошие, — кричит  издалека Сергей Александрович.

Намек понял: надобно всем внимание уделить.

На другой ферме, такой же выбеленной, чистой, трудятся Наталья Донцова и Нина Андреева. Наталья, можно сказать, — потомственный животновод. Она была четырнадцатым ребенком в семье Клюстер. Ее мама, Пелагея Григорьевна, в молодости работала дояркой, а отец, Георг Игнатович, всю жизнь проработал фуражиром: развозил на лошади фуражное зерно для коров. В нынешнем КФХ много лет рука об руку с Натальей идет ее супруг Андрей Донцов. Летом пасет стадо, зимою управляется со скотом на базе (кстати, Андрей Викторович в районном трудовом соревновании этого года был признан победителем по уходу за коровами). Относительно недавно в коллектив хозяйства влился и Максим Донцов, сын Натальи и Андрея. В общем, целая животноводческая династия.

В другом ряду — Нина так же ловко управляется с коровами и доильными аппаратами, как Екатерина и Наталья. Словоохотливая, улыбчивая, открытая, я общался с ней впервые, но такое ощущение, будто мы знакомы давным-давно.   Семейные обстоятельства так сложились, что пришлось ей переезжать из Омска в Нижний Иртыш. Знакомые недоумевали: квартира в городе, работа (она была продавцом), что будет делать в селе — там же никуда не устроишься…

— Когда я приехала в Нижний Иртыш, то была в шоке. Как нет работы? А на ферме? И доярки нужны, и телятницы, можно и скотничать, в конце концов. По мне так это престижно — на ферме работать, производить молоко, которое так необходимо и детям, и взрослым. Коллектив у нас замечательный, очень дружный. Да, пахнет на ферме не яблоками, и рано вставать… Так  ведь человек ко всему привыкает — везде надо напрягаться, денег просто так нигде не платят. Сергей Александрович, наш глава КФХ, тепло к нам относится. И пошутит, и всегда морально поддержит.

 

Встреча третья. Не последняя

Через день я  собирался в хозяйство на утреннюю дойку. Но не нашел в себе силы подняться в 3.30 (доярки на такое послабление не имели права), решил ехать на вечернюю дойку.

Прибыл я только после полудня. Механизаторы Александр Васильевич Семашко и Юрий Михайлович Ровенский к этому времени уже третью бадью корма готовили — емкость новосибирского кормосмесителя «Хозяин» вмещает 2,5-3 тонны. Чтобы накормить все поголовье, надо шесть таких порций замесить.  Сначала  на двух МТЗ — к сенным пирамидам. Александр вытаскивает кругляш сена и складывает его в чрево кормосмесителя. Трактор вращает вал, измельчая сено. Потом едут к сенажной траншее. Она вскрыта, полиэтиленовый черный полог аккуратно закатан вверху и придавлен шинами. В глубине сочного корма еще  держится тепло, отчего он парит на морозе. Андрей небольшими порциями отщипывает КУНом куски зеленой массы и складывает в «Хозяина». Над чашей вьется пар.  Юрий помогает вилами механизму. Потом с этим «винегретом» едут на ферму и наполняют кормовые ясли — длинный бетонный желоб. Андрей вилами равномерно распределяет этот корм, подчищает борта  желоба.

Первой из доярок пришла Лариса Горбушина. За два часа до дойки. Вечерняя — в пять вечера.

— Завтра у меня законный выходной, а перед этим я хотела бы вычистить моих девочек. И перегнать их, — объясняет она, повязывая на голове цветной платок.

— Что значит — перегнать? — недоумеваю я.

— Коровки, которые в запуске, в одной стороне стоят, а те, что доятся, — в другой: это чтобы не метаться с доильными аппаратами, как челнок, туда-сюда, — объясняет Лариса. — Вчера в моей группе появились две новые роженицы, теперь их надо в дойную часть перегнать. А на их место добавить тех, что в запуск пошли.

Лариса пошла к роженице, к торцу фермы, и вскоре та неторопливой поступью последовала по боковому проходу. Пока женщина уговаривала корову черной масти поменять свое месторасположение, пеструшка пошла гулять по подружкам в другую ферму…

— Сейчас, девочки, наведем красоту, — Лариса берет специальную щетку и очищает бока, заднюю часть коровьего крупа от засохших катышек навоза. Подопечные  то пытаются ее лизнуть, то недовольно косят своими бездонными черными глазами. И очень болезненно реагируют, когда щетка касается нижней части ног. Нет, не лягаются, а пытаются убрать ноги, подтянуть к животу.

— Ну, вот, девочки, полный порядок. Облизали  меня с головы до ног, — улыбается Лариса. А я, как ни старался погладить коров по мордочке и даже кусочком хлеба пытался их ублажить, они, потянув чуткими ноздрями воздух, отступали внутрь своего стойлового места — чужой перед ними! Только одна из них взяла угощение и лизнула меня своим шершавым языком.

Потом подходят другие доярки. Екатерины Бодягиной нет: у нее отгул по случаю дня рождения дочери. Готовятся к дойке, а через некоторое время переодеваются вновь в домашнее, нарядное. Ничего не понимаю — дойка отменяется что ли?!

Оказывается, третья встреча с хозяйством произошла 27 ноября — в День матери. И в Доме животноводов, так Сергей Александрович Крафт называет построенную несколько лет назад на территории КФХ кухню-столовую, по этому поводу накрыт скромный праздничный стол.

Миниатюрные маринованные шампиньоны — от Ларисы Горбушиной. Тушеная капуста с мясом — от Светланы Аристовой, лаборанта и бригадира животноводства. Жареная в румяной корочке круглая картошка (авторства не знаю), фрукты, соленья, сладости. Немного горячительного с короткими тостами (говорить  красивые речи здесь мастеров нет, да и рассиживаться некогда). Первый — от Светланы Ивановны Крафт.

— Дорогие девочки, дорогие мамочки, с праздником вас. Здоровья и благополучия вам и вашим семьям. Пусть у ваших детей и ваших внуков все будет хорошо!

Сергей Александрович присоединяется:

— Спасибо вам за ваш нелегкий труд. Пусть в вашей жизни будет больше радости и поменьше огорчений. С праздником, дорогие мои. Желаю нам всем мирного неба над головами!

В подарок — продуктовые наборы, конвертики с премиями.

Женщины пробыли за праздничным столом, наверное, с полчаса. Уходили на ферму растроганные, согретые сердечным отношением.

…Вот такими они были, эти три зимние встречи с КФХ Сергея Крафта, наполненные теплом и радостью общения. Покидаю территорию, еще раз охватываю взглядом обжитое хозяйством пространство, где стоял десять лет назад полуразрушенный ш-образный коровник и разбитое, еще довоенной постройки сливкоотделение. Понимаю, какой большой созидательный путь проделало КФХ за десятилетие. Восстановленные фермы, наполненные скотом, построенный огромный фуражный склад, кухня-столовая (Дом животноводов), теплый гараж-мастерская для «Беларусов» с теплой раздевалкой. И целый ряд техники у фуражного склада: три К-700, КамАЗы, два комбайна «Вектор» и «Енисей». А напротив — сеялки, сенажный прицепной комбайн и другие сельхозорудия. Если бы так развивалось каждое хозяйство!

— Всегда есть куда расти. Всегда нужно видеть пред собою новые высоты и искать возможности, чтобы их взять. Иначе жить не интересно, — считает Сергей Александрович. Так считает — так и живет!

Олег Шипицын, фото автора

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.