Последний бой — он трудный самый…

Многим саргатским хозяйствам осталось одолеть последнюю четверть своих полей. Настрадались люди в эту страду, тяжел нынче хлебушек, но эта четвертинка — самая трудная. Подступает ненастье, снеги стучат в нашу омскую дверь. Жатва, выражаясь шахматным языком, в цейтноте.

На зернотоку КФХ Владимира Юськова в Андреевке довольно пустынно: работники успевают провеять, пропустить через поточку привезенное с  поля зерно.  Высится только что привезенная МАЗом горка пшеницы.

 — Нет, ну посмотри, что делается, — это водитель Владимир Бабиков рассматривает пригоршню зерна. В ней масса вызревших зерен. Их на зубок едва раскусишь. Зерно при пересыпании из ладони в ладонь аж шелестит — настолько сухое. Но есть в пригоршне и зеленые семянышки, недозревшие. Они  и портят всю партию.

Прибор в руках Дмитрия Юськова, заведующего током, сына главы КФХ Владимира Юськова показывает влажность 18,8 процента. При такой цифири хранить зерно в складах долго нельзя: «загорится» в любой момент, хоть сейчас, хоть зимою (на днях в КФХ Владимира Васильева из Новотроицка как раз пошел такой процесс, пришлось зерно эвакуировать со склада и заново перелопачивать – только нет никакой гарантии, что это не повторится снова). На элеваторах же такая мешанина зрелого с недозрелым не нужна. Хорошо, что «птичка», то есть Любинская птицефабрика, принимает. Или же хлебозавод в Кормиловке, производящий комбикорма. Пока берут, но их возможности ведь небезграничны.

Едем в поле. Оно возле исчезнувшей деревеньки Балакино,  километров шесть-семь севернее  Андреевки. Только и осталось от деревни погост и благодатные поля вокруг. Дороги в некоторых местах так уезжены, такие в них колеи, что непонятно, как на следующий год туда можно будет пробраться с сеялками. Попадается стоящий ЗиЛ с задранным капотом. Тяжело ему тянуть по таким дорогам прицеп с зерном — двигатель перегрелся. По другую сторону дороги поднимает зябь КА-700: готовится почва для будущей посевной. Как ни тяжела обстановка в хозяйствах, но о будущем урожае думают.

С правой стороны от дороги стоит масличный лен. Мать честная —  в голубых цветочках…  Много побуревших, вызревших коробочек, но и цветочков  — порядком. Августовские дожди и последующее за ними тепло спровоцировали рост боковых побегов, и лен зацвел во второй раз. И когда он теперь весь дозреет?!

— Скорее всего, скосим его в валки и будем убирать весною, объяснил по телефону глава КФХ Владимир Юськов, — Лен не пропадет. Его сейчас  легче свалить: когда он совсем вызреет у него стебель станет как проволока. 

У главы нет паники — это главное…

Первым выгрузился «Енисей»  Александра Максумовича. Александр в этом году завел собственную ниву, но площадь его посевов совсем невелика: управился со своим урожаем и пришел на выручку.

«Дон» под управлением Романа Чепыры вышел из круга — электроника вышла из строя  и обмолачивание не включалось.  Молодой комбайнер, запутавшись в проводах, выяснял, где коротнуло. На мое замечание — тут бы автоэлектрику надо разбираться — Роман хмыкнул: «Мы ведь тоже не пальцем деланные, сами дотумкаем». Часа через два он запустил двигатель, жатку и все механизмы,  выглянул из кабины довольный: «А вы говорите: электрик… Мы сами — с усами». И рванул на пшеницу: выбирать гектары, набирать тонны.

Я был особенно рад увидеть на жатве Алексея Клочкова. Помнится, лет пять назад он трудился в «Шансе» вместе с отцом Александром. Но зарплата не устраила, и подался молодой механизатор на Север. А там  — когда густо, а когда — пусто. Пообещают золотые горы, но придет время расчета — денег с гулькин нос. Короче, это «кидалово» его достало.  Поэтому с вахтами завязал, в августе прошлого года прибился к КФХ Владимира Юськова. Пришелся ко двору: квалифицированные кадры и в Саргатке нужны.

Урожай пшеницы Урало-Сибирской был так себе, 10-12 центнеров с гектара.  И когда я присел в кабину «Полесья» комбайнера Андрея Гетте, он, нарушив геометрию жатвы, чуть вторгся в соседнее поле. Здесь тоже была Урало-Сибирская — густющая, рослая, чистая, с налитым колосом. И посыпалось тяжелое зерно в бункер. «Вот это снимать надо, а не ту мелочевку. Здесь пшеницу по парам сеяли  — вот и вымахала.

Андрей Адамович — самый опытный комбайнер в хозяйстве.  У него и голова варит будь здоров, и руки золотые. Так что это главная ударная сила в КФХ,  его надежда и опора.

— Успеете убрать? — спросил я его (а убирать еще 400 гектаров пшеницы и столько же масличного льна).

— Может, и успеем. Все будет зависеть, какая погода установится после дождей со снегом. Если будет мороз и
бесснежье  — это один расклад, если будет глубокий покров — это другой вариант. Мы делаем все, что от нас зависит, — ответил он.

Олег ШИПИЦЫН, фото автора

Теги:

Связанные статьи

Оставить комментарий

Ващ e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *