Великорусский хлеб

На полях КФХ «Великорусское» созрел невиданный для наших мест урожай, превративший хлебную ниву в достопримечательность.

Хлеб как достопримечательность

На последней тысяче гектаров пшеницы, оставшейся не убранной в КФХ  «Великорусское»,  созрел такой  хлеб, что в некоторых местах бортовой компьютер комбайнов показывает урожайность 74 центнера с гектара. А в среднем получается 45 центнеров с гектара. Как будто у нас не суровая Сибирь, зона рискованного земледелия, а благодатный Краснодарский край с многометровым слоем чернозема, устойчивым весенним теплом, обильными дождями во время всходов и кущения, жарой во время созревания зерна. Но и без этих условий здесь вызрел дивный урожай. Хлебная нива хозяйства превратилась в достопримечательность.

Каким образом наросла пшеница в засуху до таких размеров, что зерна не вмещаются в чешуйчатую коробочку плевел? А если бы дожди вовремя упали, какой бы получился урожай?!

Неурожай  — беда, богатый урожай  — у нас тоже беда.  А уж тем более такой обильный. Как взять его? И куда девать? К середине октября зернотока в Десподзиновке и Михайловке были забиты пшеницей. Каждый день с полей сюда поступало 350- 450 тонн зерна (как-то раз было и 740 тонн). А на реализацию вывозится за день максимум 140 тонн.

Большие «черепахи»

Лучше один раз увидеть, чем один раз услышать. Вот что увидел ваш корреспондент в первый день пребывания на полях «Великорусского».

Это было в непосредственной близости от Михайловки. Лежали валки, которые не перепрыгнешь, поле было усеяно посеченной золотистой соломой – все комбайны работали без копнителей. Их было шесть,  три из них оборудованы для подбора валков, три вели уборку напрямую. Два «Вектора» под началом Валерия Горшунова и Александра Дернова, два «Енисея»-950 — капитаны хлебных кораблей Павел Волков и Виктор Обрывалин,  «Джон Дир» под командованием Николая Планкова и новенький «Нью-Холланд», которым заправлял Андрей Кононыкин. Более всего поражало, как медленно ходили комбайны, особенно подбирающие валки. Казалось, что это ползают гигантские черепахи. И было отчего. Срезанная «МакДоном» — лучшую в мире самоходную косилку в хозяйстве приобрели в этом году — пшеница поражала воображение: колос к колосу, плотной широкой лентой — такую массу так просто не проглотишь. К тому же Валерий Банников на «МакДоне» не валил пшеницу во всю ширину девятиметровой жатки, а использовал  только три ее четверти, иначе «черепахи» превратились бы в «улиток»… А пусти сюда простенькие комбайны, типа «Нивы», «Колоса» и «Енисея», наверное, те вообще бы захлебнулись. Когда урожайность была ниже, под Романовкой, например, — дневная выработка в «Великорусском» достигла 300 гектаров в день. И тогда до последнего валка казалось рукой подать, а потяжелел хлебушек – выработка упала в три раза, до 100 гектаров в день. И отдалился долгожданный жатвенный финиш…

Мелодия сюрприза

Подъехал Владимир Луговик на «Патриоте», глава хозяйства и организатор этого рукотворного чуда.

— К высоким урожаям мы привыкли — в «Великорусском» трудятся асы своего дела, но такого не ожидали. Предпосылок не было. После посевной, а отсеялись мы, как требуется в нашей климатической зоне, до 1 июня,  дождей не было более полутора месяцев. Временами стояла изнурительная жара. Как тут не сгореть посевам?! Только 19 июля прошел первый дождь. Но наша «Мелодия» — мы сеем именно этот сорт пшеницы — невероятным образом выстояла. Конечно,  семена протравленные, минеральные удобрение вносились в умеренных дозах, а вот гербициды вообще на этом поле не применялись – не было нужды, поля были чистые. Опять же, фунгицидами против болезней обработали. Но влага-то для роста все равно требовалась…

Его величество горох

Владимир Федорович не сказал, что было предшественником пшеницы, но я и сам догадался. Здесь возделывали горох! Горох и вообще бобовые культуры восстанавливают плодородие почти так же, как отдохнувший пар. И только в «Великорусском» возделывают горох на зерно, а не на сенаж, как в других хозяйствах. Культура очень капризная, созревание стручков происходит неравномерно, стебли его сплетаются и ложатся на землю: чуть припозднился с уборкой — стручки осыпались. Чтобы избежать потерь, надобно вести уборку как можно ниже – жатки черпают землю. Хлеборобы в напряге, техника страдает, уборочная затягивается. Как однажды признался Владимир Федорович на районном сельхозсовещании, мол, семь лет  учусь выращивать горох, но так до конца и не постиг всех секретов. Но плюсы весомы: цена гороха сразу с поля в прошлом году, к примеру, была 13 тысяч рублей за тонну, а по весне уходила за 20 тысяч рублей: это практически в два с лишним раза выше, чем стоимость продовольственной пшеницы. И в довесок – восстановленная, плодородная земля. Правда, в этом году стоимость гороха в Омской области «просела»,  и такую цену уже никто не дает. И не даст. Но «просела» и стоимость пшеницы.

Ненужная пшеница?

Богатый урожай в Омской области (у нас собрано более 3,3 миллиона тонн зерна) и в России (получен рекордный урожай за все время существования государства – более 131 миллиона тонн) провоцируют падение цен на зерновые культуры. Давит на рынок и прошлогодний нереализованный остаток зерна – в Омской области он более 800 тысяч тонн. Об этом предупреждал весною  министр сельского хозяйства области Максим Чекусов омских аграриев: «Коллеги, уходите от пшеницы, особенно фуражной, не будет на нее цены, которая покроет ваши расходы». Так и получилось. Вернее, получилось еще хуже. Сегодня пшеницу вообще не покупают. Хозяйства, вырастившие неплохой урожай зерновых, пока на финансовой мели.

Не пшеницей единой

В «Великорусском» в этом году впервые выращивали не только зерновые, горох, но и масличные: рапс и масличный лен.

— На рапсе первый блин получился комом, — считает Владимир Федорович. — Посеяли не на том поле, на каком надо было, не так посеяли. На одном участке получили достойный урожай – 25 центнеров с гектара, а на другом – так себе,  10 центнеров с гектара. Зато успели продать его, как горячий пирожок, по самой высокой стоимости: 19,5 тысяч рублей за тонну. Потом ценник пошел вниз. А лен порадовал более стабильным урожаем — в 18 центнеров с гектара. И также стабильна цена на него — 16 тысяч рублей за тонну. И на масличных еще можно расти и расти. В следующем полевом сезоне исправим ошибки.

Однако частичное изменение структуры посевных площадей в «Великорусском» сослужило добрую службу. Хозяйство с деньгами! А покупает пшеницу в КФХ сегодня «Омский бекон», причем продовольственное зерно- как фуражное — за 4,5 тысячи рублей. Представители службы безопасности предприятия контролируют погрузку этого зерна и сопровождают грузовики до момента разгрузки (ага, вдруг в машину инфицированное африканской чумой зерно подсыпят). Чтобы продать зерно «Бекону», нужно  дюжину документов  оформить. И за каждый надо заплатить. Грузовик должен быть оборудован тахографом, у водителя должна быть к нему специальная электронная карта. В «Великорусском» только один водитель может перевозить зерно по области и за его пределы – Игорь Тимофеев. Его КамАЗ оборудован этой системой, есть все необходимые документы и электронная карта.

Золотая молодежь

На двух «Векторах» работают помощниками комбайнеров совсем юные парни — сыновья Валерия Горшунова и Андрея Кононыкина, Виталя и Витя, а на одном из «Енисеев» – Максим Вепрев. Максим и Витя – одиннадцатиклассники Михайловской средней школы, а Виталя, окончив 9 классов, решил школу оставить. «Мне нравится работать в поле, а на комбайне — особенно. Я хотел бы стать механизатором и остаться в хозяйстве», — заявил юноша.

Он с шестилетнего возраста крутится возле отца, возле техники. И сегодня способен самостоятельно подготовить комбайн к выходу в поле и дать возможность отдохнуть отцу на жатве.

— Это золотые ребята, не пьют, не курят, толковые, сообразительные, как губка, впитывают опыт старших. Растут настоящие мужики, знающие цену труда и цену хлеба, разбирающиеся в технике. В жизни им будет легче завоевать свое место под солнцем, свои будущие семьи прокормить, — вот так отозвался о юной поросли Владимир Луговик.

Нетрудно было заметить, как горят у ребят глаза, когда доверяют им управлять такой сложной машиной, как комбайн. Станут ли они хлеборобами, неизвестно, но здесь они проходят прекрасную трудовую школу, ощущая собственную значимость, приобретая уверенность в своих силах. После такого испытания урожаем им многое по плечу. Мы, поколение, родившееся в 60-70-х годах прошлого века, в школьные годы самостоятельно сеяли на тракторах в посевную, почти до октябрьских праздников не сидели за школьными партами, убирали овощи, картофель, а зимой ходили в мастерские, помогали механизаторам ремонтировать комбайны. Это была отличная трудовая закалка, которая многим помогла в жизни… 

Все — на семена!

Владимир позвонил с сотового телефона Андрею Кононыкину: тот на «Нью-Холланде» перебрался совсем близко к Михайловке – на Пудовочкину гривку.

— Андрей, как урожайность?

— Такая же — 46 центнеров с гектара.

— А влажность?

— По компьютеру 18 процентов, хотя, судя по звуку, пшеница сыпется в бункер и шелестит, значит — она суше.

— Сейчас подъеду и своим влагомером померю (В хозяйстве еще не засыпаны семена пшеницы, идущее с полей зерно чуть более влажноватое, чем нужно для хранения, сушилки в хозяйстве пока нет. — О.Ш.).

Подъезжаем к комбайну,  Владимир поднимается наверх и из технологического лючка, специально для этого предназначенного, берет горстку зерна, насыпает в прибор – он показывает 16 с десятыми долями. То, что надо!

Владимир созывает по телефону все комбайны, отправляет «МакДон» Валерия Банникова валить поле за «Немкой» (эта гривка поодаль), часть комбайнов переправляет туда.

Подходит «Кейс» Дениса Евдохина – его отрядил на помощь «Великорусскому» ООО «Агро-Сервис» (директор Сергей Мартынов). На следующий день оттуда придет и «Полесье».

А солнце уже цепляется за верхушки деревьев и на бешеной скорости клонится к горизонту. Только до полуночи продолжалась уборка, потом нива отсырела. Оставались необмолоченными еще 500 гектаров.

…Говорят, что можно бесконечно глядеть на огонь, воду и как работают другие. Но не на всякую работу. А вот на земледельцев «Великорусского» — точно. Хочется любоваться их работой снова и снова. И на следующий день, в субботу, 14 октября, я вновь вернулся сюда.

Было раннее зябкое утро. Поле лежало в куржаке. Хлеборобы готовили технику. У них остался только один день и одна ночь до дождя…

Олег ШИПИЦЫН, фото автора

Теги:

Связанные статьи

Оставить комментарий

Ващ e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *